aif.ru counter
03.12.2008 00:00
67

"Вся моя жизнь - сплошной детектив"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 49. aif 03/12/2008

К написанию мемуаров приступил Амурхан Яндиев

...тот самый работник прокуратуры, расследовавший преступления самых кровавых маньяков прошлого века, а затем возглавлявший отдел по расследованию умышленных убийств и бандитизма.

Книга, в которой он намерен от первого лица и во всех подробностях рассказать о расследовании самых громких преступлений, обещает если не сенсацию, то скандал.

Подвёл родственника...

- Начнёте книгу с дела Чикатило?

- Почему же обязательно с него? У меня в практике было много интересных дел, есть о чём вспомнить.

- Тогда, наверно, стоило бы начать с самого первого расследования?

- Для этого пришлось бы слишком далеко уйти в прошлое. Первое преступление я раскрыл в 14 лет. Мой родственник хотел жениться на девушке, но родители были против и прислали его жить к нам. Тогда, чтоб вернуться к любимой и не обидеть нашу семью, он решил разыграть нападение. Показать, что здесь ему оставаться небезопасно. Пришёл однажды окровавленный, в распоротой ножом рубашке. Все поверили в месть кровников, а мне стало интересно: я взял его рубашку и майку, сложил - порезы не совпали. То есть стало понятно, что никто не нападал, разрезы имитированы.

- Подвели родственника, однако...

- Да, так получилось. Зато понял для себя: как правду ни скрывай, она всё равно откроется. Поэтому и начать я хотел с дела, которое потрясло меня, молодого следователя. В начале восьмидесятых годов мне доверили вести расследование в отношении заместителя прокурора Ростова. Сперва просто выяснилось, что он берёт взятки. Но стоило копнуть дальше - и на свет полезло такое! Оказалось, он пытал подследственных; бросил в камеру женщину, за день до этого родившую младенца; будучи в Абхазии, сбил насмерть ребёнка. Но шоком стало то, что ещё в годы войны этот мерзавец, совсем тогда юный, помогал немцам мучить наших граждан. Несмотря на то, что после войны КГБ тщательно разыскивал предателей, он смог подделать документы, поступить в вуз и дослужиться до заместителя прокурора большого города! Дело шло крайне сложно, но мы довели его до конца. Суд вынес приговор к расстрелу.

"Смертную казнь у нас вводить нельзя"

- Позвольте в этой связи спросить: вам доводилось лицом к лицу общаться с серийными убийцами, у которых руки были аж по плечи в крови? Скажите, вы за смертную казнь?

- Не знаю.

- От вас такого не ожидал...

- Я сам часто задаю себе этот во.прос и не могу найти ответ. Я видел столько замученных детей, истерзанных женщин, что у меня душа начинает рваться на части, когда я представляю, как их убийцы будут сладко спать и сытно есть в своих камерах, в то время как жертвы лежат в могилах.

Вылечить маньяка, раз вкусившего крови, нельзя - я в этом уверен на двести процентов! До сих пор помню 1999 год, когда на Северном нашли двух задушенных девочек. Мы тогда нашли этого подонка. Отсидев десять лет, он в прошлом году вышел. И через месяц снова убил ребёнка. Так на кого должно быть направлено милосердие - на преступников или на их жертв?!

- Значит, всё же расстрел?

- Но здесь во мне просыпается бывший следователь, хорошо знающий, как работает правоохранительная система. Я прослужил в ней тридцать лет, меня сложно заподозрить в правозащитном либерализме. Но несправедливые обвинения, сфальсифицированные доказательства, судебные ошибки - поверьте, всё это наша печальная реальность. Можно ли при этом вести речь о смертной казни?

- Страшные вещи говорите, Амурхан Хадрисович. Знаете конкретные факты?

- Знаю и обязательно их опишу. Взять хотя бы такой случай. В середине девяностых в Волгодонске было совершено дерзкое преступление: кто-то поджёг ночной магазин, в огне погиб продавец. Поджигателя нашли и осудили. Спустя несколько лет ко мне попало дело одной из волгодонских преступных группировок. Бандиты занимались убийствами, разбоем и вымогательством денег у местных коммерсантов. Вдруг один из членов банды признаётся: это он поджёг магазин, потому что хозяин отказался платить за "крышу". Рассказывает в по.дробностях, как он это сделал. Но ведь один человек за это уже сидит! Нахожу то старое дело и вижу вот что. Сперва задержанный полностью свою вину отрицал. Говорил, что шёл мимо, увидел пожар, подбежал - тут его и за.брали. Однако, просидев несколько дней в камере, этот парень вдруг полностью изменил показания. Он сознаётся, что пришёл в магазин за водкой, продавец ему нагрубил, тогда он в отместку кинул в окно бутылку с бензином. Но почему-то в суде ни у кого не возникло вопросов: если он ночью пошёл за водкой, откуда взял бензин? Наконец, мог ли от этого загореться магазин? Приглашённый нами эксперт сказал: однозначно нет. Я написал тогда рапорт в Генеральную прокуратуру с просьбой пересмотреть дело. Парень вышел на свободу. А теперь во.прос: с чего это вдруг человек, просидев несколько дней в камере, вдруг решил оговорить себя? Думаю, догадаться нетрудно...

Трусливые маньяки

- Всё же главы о маньяках вам не избежать. Ведь именно этого будут ждать от книги - новых подробностей о маньяках.

- Стоит ли? О Чикатило и ему подобных уже столько написано... Правда, писали в основном люди, не имевшие к его поимке никакого отношения, ни разу с ним не разговаривавшие. А я с ним не то что говорил - обнимался. Противнее ощущения у меня в жизни не было. Но ведь надо было его как-то расположить к себе.

Если и писать о Чикатило и других, то об их психологии, об их жизни. Ведь у всех были семьи, жёны. Как они вели себя с ними? Удивительные вещи выясняются: Чикатило, который многие годы наводил на страну ужас, жена била скалкой, он боялся её до паники. Супруга таганрогского потрошителя Цюмана любила его так, что даже когда он в помутнении рассудка вдруг бросился её душить, не оставила его. Муханкин писал стихи о любви, причём довольно талантливо. И вот эти люди, внешне нормальные, вдруг превращаются в монстров. Как это происходит, что ими движет? Вот что интересно. Шесть лет назад мы вместе с профессором Люксембургом написали книгу "Серийный убийца: портрет в интерьере" - это как раз было исследование психологии поведения маньяков.

- Вы занимались расследованием преступлений, совершённых организованными группами - фактически мафией. Наверняка, приходилось сталкиваться с угрозами?

- Случалось, конечно. Когда мы начинали вести следствие по делу группировки Юдина, много лет державшей в страхе Волгодонск, бандиты прямо заявили, что "закопают" всех, кто осмелится их тронуть. Это было серьёзно, но дело мы довели до суда. Недавно пришло сообщение из колонии: члены банды, бывшие милиционеры, в 1998 году похитившие сына банкира Королькова и сейчас отбывающие наказание, поклялись после выхода на свободу "замочить Яндиева". Но с такими угрозами сталкивается любой следователь. По количеству угроз, я считаю, можно даже оценивать, какой ты следователь - хороший или плохой.

- Хорошему, по идее, преступники должны угрожать чаще.

- Как раз наоборот. Я всегда был уверен, что хороший следователь - это тот, который старается не посадить человека любой ценой, а внушить ему мысль, что наказание - это справедливая расплата за совершённое преступление. Ко мне приходили мои бывшие подследственные, отсидевшие срок, благодарили, что в своё время с ними обошлись по-человечески. Как ни парадоксально это может звучать, но в борьбе с преступностью добро иногда намного эффективней, чем любые карательные меры.

Александр КЛЮЧНИКОВ

Фото Виктора Погонцева

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых