Примерное время чтения: 9 минут
111

По-казачьи скроен. Создатель донского семейного ансамбля - о песнях и детях

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 42. "АиФ на Дону" 18/10/2022
Евгений Чернышов / Из личного архива

И один в поле воин, если он по-казачьи скроен. Эта давняя поговорка стала рефреном нашего разговора с Евгением Александровичем Чернышовым, школьным учителем из станицы Кутейниковской и руководителем трёх казачьих ансамблей: взрослого «Казаки Дона», детского «Донские лазорики» и семейного ансамбля Чернышовых. Все коллективы – лауреаты областных, межрегиональных и международных кон­курсов.

О музыке, традициях и связи времён корреспондент «АиФ-Ростов» и поговорила с родовым казаком.

Род казачий

Евгений Александрович родился в станице Кутейниковской Зимовниковского района. В Ростове окончил училище олимпийского резерва, потом пединститут и с 1989 года начал работать учителем физкультуры. Чернышов – мастер спорта по лёгкой атлетике и четырёхкратный чемпион СССР.

Когда Кутейниковской школе присвоили статус казачьей, Евгений Александрович добавил к физкультуре упражнения культурно-этнической направленности, проще говоря, состязания казачьих шермиций. А ещё Евгений Чернышов учит станичников петь казачьи песни. Короче, казачьему роду в Кутейниковской нет переводу.

– Все наши предки были казаками, – рассказывает Евгений Александрович. – У меня в роду есть такие известные фамилии как Текучёвы, Карповы и Чернышовы. Текучёвы проживали в станице Верхне-Курмаярской. Раньше она входила в состав Второго Донского округа Области войска Донского. Но в 1950 году при строительстве Цимлянского водохранилища её затопили. И мои предки переселились в станицу Атаманскую, которую вместе с другими казачьими родами и основали.

Род Текучёвых огромный. Мой прадед Фома Александрович был старшим казаком станицы Андреевской. В 1917 году на Первом Большом круге Всевеликого войска Донского его избрали депутатом. В 1918‑м он стал командиром казачьего Социалистического полка, в 1919 году – командиром кавалерийской бригады 37-й стрелковой дивизии РККА. Фома Александрович имел два ордена Красного Знамени, был очень талантливым командиром, близко дружил с Будённым. Бабушка вспоминала, как в Гражданскую войну её отец приезжал с Будённым к ним домой – пообедать и высушить портянки. Но со временем пути их разошлись – Будённый не очень любил успешных друзей и отодвинул Фому Текучёва, предал. Я читал об этом у писателя Родина.

Дочка Фомы Текучёва, моя бабушка, вышла замуж за казака Карпова. А их дочь, моя мама, уже вышла замуж за казака Чернышова.

– Бабушка ещё что-то рассказывала о своих воспоминаниях?

– Долгое время по отношению к казакам был террор. И бабушка моя, Пелагея Ивановна Текучёва, всё это пережила. Поэтому была очень замкнутой, мало рассказывала и вообще мало говорила. Но когда я маленький брал баян и начинал играть, она подсаживалась ко мне, смотрела так, особенно, и наговаривала: «Унучек, запомни: ты казак! Казак!» Тогда в Советском Союзе эта тема замалчивалась, поэтому я особенного значения словам бабушки не придавал. Но в 1993 году, когда началось возрождение казачества, заинтересовался. Начал искать информацию, и такие стали подниматься пласты! История нашей семьи – яркое отражение истории государства: часть моих предков заняли сторону красных, часть были белыми, некоторые уехали в эмиграцию. А многие прятались от репрессий – бабушка Пелагея ещё девочкой скиталась с родными в малых хуторах, уходили подальше от городов. Остановились в Зимовниковском районе и десятилетиями скрывали свои корни.

О поселениях, где жили наши предки, я ничего не знал. А когда поехали мы по тем местам, начали знакомиться с людьми, собирали песни, общались, особенное чувство пришло – понимание, сколько нашим казакам довелось пережить...

Песни слушать, что мёд кушать

– Как родился ваш семейный ансамбль?

– Я пел с детства. В школе работаю уже 33 года и там же, в школе, вёл хор. Но дети быстро растут – состав хора постоянно меняется, а мне хотелось создать костяк, чтобы мы расширяли репертуар, развивались. Пятнадцать лет назад я кинул клич: давайте собираться в народный ансамбль. И люди пошли. Теперь у меня три ансамбля: «Казаки Дона» (10 человек), детский «Донские лазорики» (возраст участников – 10–12 лет) и наш семейный – я, жена Светлана, сын Сергей и дочь Альбина. С ансамблями мы много где выступали, много наград брали, но главная наша задача – сохранение культуры донских казаков. Поэтому мы ездим в этнографические экспедиции по хуторам и станицам, собираем старинные казачьи песни.

– Расскажите о ваших экспедициях.

– Сложно выделить какие-то особенно интересные, потому что каждая поездка для нас – событие. Мы же едем к своим, к друзьям и по хорошему делу, поэтому встречают нас с распростёртыми объятиями. Не так давно ездили к бабушкам в хутор Ёлкин Багаевского района. Они всё вздыхали, что надо было раньше приезжать: тот уже умер, этот. Но всё-таки записали с десяток песен.

Очень интересной была поездка в хутор Кубанский Краснодарского края. Там живут сёстры Астаховы, переселенцы с Верхнего Дона. Они сохранили песенный фольклор в традиционном исполнении – и как они поют на три голоса! Об этих бабушках снимали фильмы, к ним часто наведываются этнографы. Ну, и мы собрали там колоссальный материал.

– В чём особенность казачьего фольклора?

– Вы слышали, как мы поём? Женские голоса? Это дишконтное казачье пение – наше нематериальное наследие, наша особенность. Да и не пели казаки песни, «играли». И раньше было понятие – голосить. Альбина у нас поёт таким голосом – это такое купольное пение. На Дону песни всегда были протяжные – с них и начиналось всё. Даже не знатоку понятно, насколько самобытно и интересно поют казаки. Любая песня отзывается в сердце.

– А если говорить не о песнях, какие казачьи традиции у вас в семье соблюдают по сей день?

– Во-первых, у нас с женой трое детей. Две дочки и сын. И все они воспитаны в наших традициях: уважение к старшим, к своей культуре, жизнь во взаимопомощи, в любви к отечеству. И к песне. У нас бывают дни, когда в доме собираются вечером гости и до утра мы поём. Дочка говорит: «Ну, папа, сегодня мы напоёмся!» (Смеётся.)

Второе, у нас нет религиозности: мы росли в советское атеистическое время, а наши пращуры были и староверами, и родноверами. Поэтому мы живём по казачьему спасу. Это мировоззрение досталось нам от предков, в основе которого лежат всё те же принципы уважения к своему роду, близким и родным.

Третье, мы прививаем детям казачьи традиции. Мой сын – артист Государственного ансамбля песни и пляски донских казаков имени Квасова. А ещё он занимается боксом, до этого изучал рукопашный бой. Сейчас перешёл в ММА. И раньше, когда Сергей был маленький и ещё не так уверен в своих силах, когда шёл на ринг или просто боролся, а соперник был крупнее, я ему говорил: «И один в поле воин, если он по-казачьи скроен». Это его бодрило, давало силы. Наверное, благодаря такой установке он и побеждал – у нас дома куча его наград и семь лет подряд сын выигрывал шермиции – это семь наградных шашек.

Шермиции проходят у нас в станице – там ребята дерутся на мягких клинках, соревнуются в силе и ловкости, рубят лозу, струю воды. Раньше так с казачатами занимались дядьки, сейчас этот опыт в игровой форме передаём мы – старшие казаки, учителя.

От безделья не бывает у казака веселья

– Дети, которые растут в этой среде, как-то отличаются от других ребят?

– Конечно! Темой казачества я занимаюсь всю жизнь и убеждён, что мы всё-таки народность. Бабушка говорила: нас не все любили, потому что характер у казака был принципиальный, напористый, мы ничего не боялись и до конца стояли на своём. Свой свод правил, уклад жизни. Женщина-казачка всегда имела право слова, на ней держался дом, семья. Пока казак на войне, она должна была защитить своих детей. Это всё и вошло в нашу культуру, ха­рактер.

Когда мы, родовые казаки, сходимся, то это всегда заканчивается воспоминаниями об историях предков. Если летом, то бывает, сидим всю ночь у костра – дети с нами, внуки. И слухаем, как казаки защищали Дон – воевали за свои семьи, за свой присуд. Потом поём песни.

...У меня внучка вот родилась, Таечка, ей 11 месяцев. Мы сажаем её в центр комнаты. Я с баяном напротив, мама её с одной стороны, бабушка с другой и – ух! ах! Мы играем, и она нам подражает, старается повторять движения и манеры – видели бы вы, сколько у неё в этот момент радости! Вот так, с молоком матери, с нашей песней внучка и входит в жизнь. И будет в этом расти и дальше. Дал бы Бог здоровья, чтобы протянуть подольше, чтобы побольше хорошего, настоящего детям передать.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах