aif.ru counter
105

Маленькие бродяги с большой дороги (часть 1)

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 8 18/02/2009

Эти дети проводят на улице дни и ночи. Малолетние бродяги выживают как умеют, постоянно попадаясь на воровстве и хулиганстве...

Многих отправляют в центр временного содержания для несовершеннолетних нарушителей - промежуточный пункт перед детдомом или спецшколой. В этом центре и побывала наш корреспондент..

Бездомные гастролёры

"А в этой группе "старожилы" - больше месяца здесь находятся, по нашим меркам это немало", - Марина Леонидовна ВЕЛИКАНОВА, начальник центра, подполковник милиции, приглашает меня в просторный класс. Дети за партами рисуют на кусках ватмана, что-то лепят, склеивают, оживлённо болтая. А двое тихонько сидят в стороне: совсем маленький мальчишка и смуглый паренёк постарше. Оба сосредоточенно красят бумажную лягушку.

- Эту парочку трудно разговорить. Малыша зовут Юрой, он круглый сирота. Ему всего семь, а прошёл такое, что и взрослый с трудом выдержал бы, - вздыхает Марина Леонидовна. - Жил на улице, воровал, чтобы не помереть с голоду. Много раз ловили с поличным. Пока очень зажат, но ничего, со временем пообвыкнется. Ну а второй с трудом говорит по-русски. Про него отдельная история...

Малик родом из Таджикистана. Когда мать умерла, отец тут же взял в жёны другую и сын оказался ненужной обузой. Мальчишка долго терпел ругань и пинки, а потом сбежал в Россию. Под Ростовом у него живут тётя с дядей. К ним и отправился, надеясь, что заживёт лучше. Целый месяц он ехал автостопом с дальнобойщиками, зайцем в поездах, попрошайничая по дороге. И вот наконец добрался. Но у родственников стало ещё хуже. Приняли без особой радости. Кому нужен лишний рот? А потом и вовсе стали избивать. В итоге парень опять оказался на улице. Ночевал где попало, а днём работал на стройке или подворовывал, пока не попался участковому.

- Так и собирают бродяг с улиц, теплотрасс, мусорных свалок и из подвалов, а из милиции уже привозят к нам. Вновь прибывшие обычно или агрессивные, дикие, или, наоборот, очень забитые, поэтому вначале с ними работает психолог. Потом медицинское обследование, а когда ребёнок немного оклемается, начинаем с ним заниматься. У нас тут целый штат преподавателей. Даём уроки творчества, подтягиваем по школьным предметам, что особенно важно. Ведь нередко двенадцатилетние или даже шестнадцатилетние беспризорники не умеют писать и читать. Ещё придумываем для них всякие мероприятия, например недавно ставили спектакль. Дети сами мастерили костюмы и декорации. Вообще тут есть все условия: и игрушки, и спортзал, и книги, и техника разная...

- Условия-то хорошие, но всё равно, наверно, многие беспризорники не желают здесь оста.ваться?

- Некоторые бегут. Считают, что лучше голодать, спать на чердаке, но быть свободными, да и привычка к прежней жизни сказывается... Хотя часто бывает и наоборот - понравится тут, и не хочет уходить. Живут тут два братца, с которыми никак не можем окончательно расстаться. Не раз отправляли их в детский дом, а мальчишки оттуда удирали. Не успеем опомниться, как они к нам опять стучатся. Вот недавно в очередной раз их выпроводили, и ждём, что снова появятся...

- Я дорисовал, Марина Леонидовна, можно сдавать работу? - перебивает хрипловатый басок.

- Кстати, знакомьтесь, это украинский гастролёр, - Марина Леонидовна кивает на паренька с картинкой в руках. - У нас не только Малик из другой страны.

"Все уличные пьют как подорванные"

В приюте все знают его как Андрея. Но на Киевском вокзале, где он жил раньше, прозвали Кирпичом за жестокость: если врежет, мало не покажется. Этот крепкий шест.надцатилетний парень не любит вспоминать те времена, когда его, ещё совсем маленького, лупили мать-пьяница и сёстры-наркоманки. Однажды, после очередной взбучки, сбежал на вокзал. Там мальчишку подобрал Зураб, тамошний авторитет, который его "воспитал", выучив всем навыкам выживания и ремеслу карманника. Андрей поднаторел в этом деле. Мог стащить кошелёк откуда угодно, хоть из бронированного чемодана, да так ловко, что жертва ничего не заметит. И Зураб передал свои "полномочия" воспитаннику. С тех пор все вокзальные оборванцы в Киеве отдавали часть прибыли от сбора милостыни и воровства Кирпичу. В общем, когда знакомые пацаны засобирались в путешествие, деньги на билет у Андрея нашлись. Решил махнуть с ними, мир посмотреть. Так и занесло случайно в Ростов...

На новом месте обустроился быстро. Решил завязать с воровством и сразу устроился на работу - грузчиком на Центральном рынке. Нашёл где оста.новиться: наркоманы пустили к себе пожить задаром.

- Сам хоть не употреблял вместе с ними?

- Не для меня ихняя дурь, - морщится парень. - Выпивал раньше, но никогда не кололся. С водкой ещё в одиннадцать лет завязал.

- Во сколько?!

- И шо вы на меня уставились? Уличные все пьют как подорванные... Хотя нет, не все. Малые, лет шести-семи, клей нюхают, - объясняет мне снисходительно, с усмешкой: мол, это же надо, вроде взрослая, а таких простых вещей не знает.

Но сейчас про уличную жизнь пришлось забыть. Попался на глаза милиционерам, когда решил переночевать не в притоне, а в парке на лавочке. Его тут же забрали в приют. Поначалу брыкался, но теперь даже рад, что попал сюда. Рассказывает, что завёл тут много друзей, а ещё влюбился в девчонку. Только их разлучили. Её забрали в Батайский детский дом, а Андрея хотят вернуть в Киев. Теперь у него только одна мечта: опять сбежать оттуда в Россию, к своей девочке. Забрать её, натворить что-нибудь вместе, чтобы опять попасть в этот приют.

- А о семье ты не мечтаешь?

- Здесь мы все одна семья, а другой у нас нема да и не больно надо... - опускает глаза Андрей.

Приютские притихли, рисуют молча. Только кисточки шуршат по бумаге. Конечно, хотелось бы иметь хороший дом, заботливых маму с папой, да только мало кто из них надеется, что такое когда-нибудь случится. Разве что маленький Юра...

Комментарий

Настоятель Свято-Покровского храма игумен Всеволод Понич:

- Представьте такую ситуацию: на улице подобрали бездомного мальчишку, потом определили его в приют, после в детский дом или спецшколу, ту же тюрьму. Ну а что дальше происходит с таким ребёнком? Ему просто дали условия для того, чтобы выжить, но никто не занимается его духовным воспитанием, он не развивается. В итоге рано или поздно опять берётся за старое. Сейчас одна из главных задач церкви - исправить эту ситуацию. Регулярно проводим беседы с беспризорниками. Не вбиваем им в головы церковные правила, а просто по-человечески говорим о Господе, о нравственности. Первое время они все слушают настороженно, молчат, потом начинают задавать вопросы. Я видел, как менялись многие ребята после таких встреч. Например, никогда не забуду карманника Андрея, который крикнул во время первой лекции: "Бога нет! Если бы он был, мы бы так не жили!" Ответил ему тогда, что эти трудности - испытание, и на всё воля Божья. Многим людям ещё хуже, но они находят в себе силы жить дальше и следуют заповедям "не убий", "не укради"... Он, нахмурившись, промолчал. Я думал, что больше не увижу его, но с тех пор он стал постоянно приходить на эти беседы, выучил молитвы. Прошло несколько лет, и Андрей покончил с воровством. Стал нормальным парнем, много работает, а ещё ходит в церковь. Но, конечно, далеко не всем помогают одни лишь беседы, этого ничтожно мало. В целях духовного воспитания бесплатно отправляем безнадзорных в православные лагеря. Там они занимаются спортом, творчеством, много читают, общаются с верующими детьми и каждое утро начинают с молитвы. А ещё хотелось бы создать собственный церковный приют для беспризорных, такой, как в Ярославской области. Правда, при нынешнем кризисе об этом пока остаётся только мечтать...

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых