Примерное время чтения: 14 минут
1691

Дорогами слепого великана. Как Мариуполь встречает весну 2024-го

Город живет по-новому, новые дома и новые памятники.
Город живет по-новому, новые дома и новые памятники. / Светлана Ломакина / АиФ-Ростов

Таганрог от Мариуполя отделяет всего 100 км, у многих ростовчан там живут родственники и друзья, а в последние годы и коллеги — сотни жителей Дона работают в Донецкой области.

Корреспондент rostov.aif.ru тоже побывала в новом Мариуполе.

Технопарк вместо «Азовстали»

Человека, который бы согласился нам честно рассказать, что происходит в городе, пришлось поискать. Потому что настроения в Мариуполе разные: есть люди, ждавшие Россию и безоговорочно принявшие всё, что она принесла; есть сравнивающие «было — стало» и на всякий случай приберегающие украинский паспорт; а есть не принимающие новый порядок.

Въезд в Донецкую область со стороны Ростовской.
Въезд в Донецкую область со стороны Ростовской. Фото: АиФ-Ростов/ Светлана Ломакина

Наталья Петрова согласилась с новой исторической вехой «через ум» — вначале поняла, что от неё в этой истории ничего не зависит, а потом стала замечать в жизни города плюсы.

Однако попросила её фамилию изменить: «У меня одни родственники в Донецке, другие в Киеве. Еле-еле наладили отношения, поэтому не хочу, чтобы этот тонкий лёд опять треснул».

Петрова встретила нас в самом начале города, у печально знаменитого металлургического комбината «Азовсталь». Напротив руин завода — сломанный мост и полностью выгоревшая, застывшая на берегу реки электричка. Выглядит всё это красноречиво и страшно. Впрочем, как и весь район.

Наташа добиралась сюда на бесплатном рейсовом автобусе, который развозит рабочих и строителей: в городе есть и платный транспорт (40-50 руб. билет), но ходит он только по популярным маршрутам, «Азовсталь» сегодня к ним уже не относится.

— Вот сюда, на проходную, каждое буднее утро спешил мой муж, — показывает кусок мозаики среди руин наша проводница. — Завода тут больше не будет. Обещают построить технопарк... По этому поводу мы испытываем сложные чувства: весь город фактически работал на «Азовстали» и заводе Ильича поколениями...

— А что с работой теперь?

— Много вакансий на стройках, можно делать ремонты, торговля начинает подниматься, таксисты есть. И бюджетники. Пока всё.

Наташа в прошлом экономист коммерческого предприятия, но сегодня тоже вошла в строительную бригаду — у неё хорошо получается клеить обои и шпаклевать. Муж кладёт кирпичи. Строек много, так что Петровым скучать некогда. И уезжать из города они уже не собираются. Хотя пробовали.

...А потом в окно залетел пенёк

Основной удар по Мариуполю пришёлся на март 2022 года. И всё это время Петровы были здесь. Три дня сидели в подвале соседа, потом перебрались в более спокойный район и в другой подвал к родственникам. Наташа научилась варить на мангале кашу, делать из варенья конфеты и абстрагироваться: во время обстрелов они с детьми — у неё двое, сын и дочь, лепили из пластилина сказочных героев, учили математику и писали сочинения о том, что когда-то у них в городе будет мирно и хорошо...

В начале апреля, когда запасы подошли к концу, а запах подвальной сырости и печки впитался в кожу, казалось, уже навсегда, Наташа рискнула прийти к военным ДНР и попросила выпустить их из города. Показала, что на теле нет татуировок, что пальцы не сбиты курком винтовки. И семье разрешили выехать.

С апреля по ноябрь Петровы скитались: объехали всех родственников на юге, снимали комнаты. К ноябрю 2022 года, когда мама Наташи, оставшаяся в Мариуполе, передала, что в город возвращается свет, вода и жизнь, Петровы тоже вернулись.

— Что главное вы поняли за время, пока считались беженцами?

— Я стала отделять важное от второстепенного. Раньше хотела поменять в доме мебель, освежить обои. А потом, когда к нам в окно прилетел пенёк...

— Что?

— Ну, был обстрел, снаряд попал в дерево. Его вывернуло и в то же время от дерева оторвало пенёк, он влетел в наше окно. В трубу ещё снаряд упал, и это была удача, что лёг в трубу, а не разорвался на крыше! Так вот, когда мы убирали все эти последствия, я думала об одном: какое счастье, что мы живы и стены остались целые! А ремонт — это мелочи, его можно сделать в любое время.

Не хватало цвета

За разговорами добрались до центра Мариуполя. Здесь идёт большая стройка: разбирают завалы экскаваторы, электрики тянут провода, самые разрушенные и важные для города дома прикрыты сеткой, тот же драмтеатр. 

Во дворе жилого дома, в огромную воронку от снаряда люди сгрузили старую мебель: Наташа рассказала, что у них в огороде тоже была такая воронка и она упрашивала мужа сделать там долгожданный бассейн — яма-то уже вырыта. Но не стали — слишком тяжёлые воспоминания бы наплывали в той воде.

Окна в центре Мариуполя всё ещё крест-накрест заклеены, многие чуть-чуть приоткрыты — люди запомнили, что так больше шансов сохранить стеклопакеты при взрывной волне.

Здание храма Покрова Божьей Матери тоже посечено осколками, но, тем не менее, стоит целое, чего не скажешь о многоэтажке напротив — она превратилась в угольный прямоугольник.

— Когда мы вернулись в город, дети придумали, что по нашим улицам прошёл слепой великан — помял всё, искорёжил, испортил... Очень многие дома у нас были полуразрушены, но их обшивают, строят новые. И за что можно сказать спасибо России — город стал ярче. Раньше у нас всё было серое, родом из 1990-х. А сейчас многое перекрашивают в яркие тона. И вдруг стало понятно, чего нам раньше не хватало — цвета!

— А чего не хватает теперь?

— Ваших «Магнитов» и «Пятёрочек»! Раньше у нас тоже были хорошие торговые сети. Была налажена работа онлайн-магазинов и аптек, с лекарствами проблем не было. Сейчас для тяжелобольных, которым нужны импортные лекарства, это проблема.

Мы проехали мимо обновлённой больницы. Наташа отметила ещё один плюс: лучше стало в здравоохранении. Поликлиники приводят в порядок, завозят оборудование, а ещё теперь они могут бесплатно пройти диспансеризацию — немало её знакомых после обследований вовремя узнали о болезнях, которые нельзя затягивать. Нескольким уже сделали операции. При этом пришло ещё одно удивление: кормят и лечат в российских больницах бесплатно. И не требуют, как раньше, закупать лекарства и расходные материалы, вроде бинтов и капельниц. Но у этой хорошей новости есть и обратная сторона — в посвежевших медучреждениях некому работать. Часть врачей уехали и не вернулись, те, что остались, стремятся уйти в частные медцентры, там получше оклад. Приезжают на время специалисты из Москвы, Питера и соседних городов. Но очереди к ним невероятные: мама Натальи, к примеру, так и не смогла попасть к окулисту.

— А на серьёзные операции нас теперь отправляют в соседние города. Если это Ростов, хорошо, а если Донецк? Многие боятся, отказываются от лечения. И к стоматологам запись на полтора месяца вперёд.

«Не стреляйте! Мы живы!»

Мы доехали до парка на берегу моря. Дорожки чистые, новая детская площадка, памятники погибшим мариупольцам — в Великую Отечественную и в наше время. Всё чисто и красиво. Но всё-таки что-то мне мешало. И скоро стало понятно, что: все деревья в парке были ранеными — у одних «пострижены» осколками снарядов верхушки, у других сломан ствол. Ветки вывезли, а ощущение надлома осталось.

В парк выходят стеклянные фасады нового Нахимовского военно-морского училища. Строительство его стартовало в мае прошлого года, а открытие запланировано на 1 сентября этого — училище примет 560 курсантов. Пять огромных зданий уже поднялись, внутри идут ремонтные работы — здесь будет самое современное оборудование и масса новаторских штук для моряков. Темпы и качество работ впечатляют, и местные водят сюда гостей. Училище, что-то вроде символа, надежды что весь Мариуполь когда-то будет таким — современным и красивым.

Частный сектор: надписи из прошлого и настоящего
Частный сектор: надписи из прошлого и настоящего. Фото: АиФ-Ростов/ Светлана Ломакина

После центра мы попросили Наташу отвезти нас на окраину, куда ещё не добралась большая стройка. И Петрова привезла нас к своему дому, в частный сектор Приморского района. Пока ехали, вдоль дороги через дом на воротах надписи: «Не стреляйте! Мы живы!», «Люди! Дети!», «Мирные — не стреляйте!» К одному из домов были приколочены детские игрушки и ёлочная мишура — словно обереги. И, видимо, это сработало — ворота тут почти целы. А соседние сильно изрешечены, жестяные заборы и вовсе напоминают строительные сита.

— Когда мы сидели в подвале, я решила постирать бельё, вывесила его в сад на верёвку. Ночью был обстрел, утром снимаю маечки детей, а они иссечены осколками в лоскуты — больше стирать я не бралась.

— Вы говорили, что мама ваша под обстрелами дрова вам носила? Это же такие риски...

— Когда сильные обстрелы были, сидела дома. А так, тут же ещё есть рука судьбы. Знакомая наша — пожилая женщина, сердечница, с кучей болячек, пошла пересидеть обстрелы в драмтеатре. Дошла, посмотрела, сколько там народу, и решила не оставаться. Поковыляла на другой конец города к родным. По дороге её подхватили военные, довезли. А когда добралась, узнала, что пока она ходила, театр взорвали. И таких случаев бесчисленное множество. Поэтому даже неверующие в Мариуполе перед выходом на улицу молились...

Новый автор старой басни

Яркое пятно в районе — свежевыкрашенная отремонтированная школа. Дети учатся на русском, большинство родителей довольны: в семьях говорят на русском, программу легче усваивать. При этом ценность украинской литературы и культуры не принижается — можно говорить и на мове, и на суржике.

— Что меня радует, ушли из нашей жизни анекдотические ситуации. Незадолго до СВО моему старшему сыну задали выучить басню «Зозуля і півень», то есть «Кукушка и петух». Автор — Леонид Глебов. Когда я училась в школе, это тридцать лет назад, автором той же басни был Крылов, а перевод Глебова, — смеётся Наташа. — Понимаю, что Крылов тоже мог позаимствовать сюжет, но там и текст практически один в один крыловский... Так что возвращение нормальной школьной программы тоже можно отнести к плюсам.

— Ну, а общие настроения? Они какие?

— Я бы метафору вам предложила — раньше наш город можно было сравнить с рабочим. Сейчас это инвалид. Да, его лечат, и мы надеемся, что всё-таки вылечат. Но многие, очень многие наши жители потеряли своих родных... Эта боль с нами, она не отпускает. 

Драмтеатр затянут сеткой, идёт восстановление, рядом работают магазины.
Драмтеатр затянут сеткой, идёт восстановление, рядом работают магазины. Фото: АиФ-Ростов/ Светлана Ломакина

Мы ещё долго ходили по улицам Мариуполя: зашли на рынок, в торговый центр и магазин. Там удивились обилию ярких вещей. А продавец сказала, что в этом сезоне в Мариуполе в моде всё броское и яркое. Потому что весну никто не отменял. И потому что люди устали от бед. Они хотят жить, таков уж закон природы...

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах