Начинать рабочий день со страха — не норма, но для миллионов сотрудников это суровая реальность. Офисная травля, или буллинг, давно перестала быть редким исключением и превратилась в системную проблему современной деловой среды. Коллеги демонстративно игнорируют, начальник придирается к каждой мелочи, а атмосфера в коллективе постепенно напоминает поле боя без чётких правил?
Корреспондент rostov.aif.ru разобрался, почему руководители «едят» подчинённых, как специалисты в сфере подбора персонала выявляют скрытых агрессоров и какой пошаговый алгоритм действий поможет защитить свои права. Эксперты, юристы и жертвы рабочего давления делятся опытом, который может спасти карьеру и психическое здоровье.
Шутки про возраст
«Три года пришлось ходить на работу в крупную торговую компанию буквально со слезами на глазах. Сначала это казалось обычными придирками: начальник отдела при всех цеплялась к каждой опечатке в отчётах. Вскоре добавились шутки про возраст и неумение работать с современными компьютерными программами», — пожаловалась корреспонденту столкнувшаяся с травлей Наталья.
Коллеги смеялись, над 42-летней женщиной. Ситуация резко обострилась, когда руководитель начала систематически прятать её рабочие документы. Месяц не закрывался вовремя, летели докладные о срыве сроков. У женщины началась хроническая бессонница, стали выпадать волосы, каждое утро напоминало подготовку к экзамену, который заранее обречён на провал.
«Я пошла к директору. Он выслушал, кивнул и сказал, что разберётся», — вспоминает Наталья. Через неделю женщину попросили поискать другую работу.
«Я ушла по собственному. Потому что поняла, что там не за что бороться. Система на их стороне», — говорит Наталья нашей редакции.
Психологи отмечают, что подобный сценарий всегда развивается постепенно. Агрессор проверяет границы, оценивает реакцию жертвы и окружения. Если коллектив молчит, а руководство закрывает глаза на конфликт, травля переходит в хроническую фазу.
Человек начинает сомневаться в своей профессиональной пригодности, теряет уверенность и оказывается в замкнутом круге. Разорвать его без внешней поддержки или чёткого плана действий практически невозможно.
На работу как на казнь
Клинический психолог Владимир Мишустин, автор книг по психологии, в беседе с rostov.aif.ru выделяет две основные причины такого поведения. Первая относится к организации работы. А вторая возникает, когда руководитель затравливает сотрудника, потому что ему хочется «выпустить пар».
«Что происходит в первом случае? Нет ясных требований и критериев эффективности труда», — объясняет эксперт.
По его словам, оценка качества работы в этом случае становится субъективным видением руководителя. Равно как и рабочие обязанности. Сотруднику не вполне ясно, что и как делать. А руководитель ругается.
«Нужно конкретизировать обязанности и критерии их выполнения. Сделать это надо письменно. А потом привести свою работу в соответствие с этими критериями», — советует Мишустин.
Вторая ситуация развивается по иному сценарию. Здесь руководитель не ставит целью избавиться от сотрудника. Ему нужен эмоциональный клапан, объект для слива накопившегося негатива. Такой начальник обязательно будет провоцировать подчинённого на ответную реакцию.
«В этом случае он не хочет, чтобы человек увольнялся. А просто сливает на него накопившийся негатив», — отмечает психолог.
Тогда начальник будет провоцировать сотрудника на проявление агрессии. Но с таким человеком нужно оставаться вежливым. Ведь вспышка раздражения от сотрудника будет восприниматься как разрешение выпустить накопившуюся злобу.
Как распознать агрессора?
Специалист по подбору персонала и руководитель образовательного отдела Олеся Кренц делится своим опытом с rostov.aif.ru. Буллинг на рабочем месте, отмечает эксперт, является наиболее деструктивным и разлагающим коллектив явлением. И такое встречается всё чаще.
«Это систематическое психологическое давление, унижение, бойкот или целенаправленная изоляция сотрудника, что разрушает его психологическую безопасность и достоинство», — говорит Кренц.
Сотрудники, подвергшиеся буллингу, работают менее эффективно, ухудшаются показатели. Часто на онлайн-встречах такие сотрудники не проявляют инициативу в обсуждениях, отказываются включать веб-камеру и не сфокусированы на рабочем процессе. Они часто ждут повторного «нападения» со стороны коллег.
«Для компании это не просто этическая проблема, но и прямой бизнес-риск. Травля ведёт к быстрому выгоранию сотрудников, снижению общей продуктивности команды, росту текучести кадров и серьёзным репутационным потерям для бренда работодателя», — подчёркивает эксперт.
Выявить сотрудника, который является «агрессором», сложно. Модель поведения таких людей часто перекликается с нарциссами: опытные обольстители, которые способны многих расположить к себе.
«Такие люди ещё на собеседовании выражают негодование по поводу прошлого места работы, пассивно-агрессивно отвечают на вопросы», — предупреждает HR-специалист.
В эту же копилку — токсичный юмор, триангуляция (стравливание) и прямолинейность с хамоватостью.
Алгоритм защиты
Юрист Юрий Брусов отметил для нашего издания: жертвы буллинга почти всегда считают, что это их вина, что сами что-то сделали не так.
«Приходят ко мне и говорят: может, я правда медленно работаю? Может, я правда виновата? Нет. Вы не виноваты», — говорит юрист. — У нас нет специальной статьи за буллинг, это правда. Но есть набор статей, которые вместе дают очень серьёзную картину. Оскорбление, клевета, нарушение трудовых прав, моральный вред», — поясняет Брусов.
Проблема в другом. Люди идут жаловаться руководству. Это ошибка. Начальник не ваш адвокат, он часть корпоративной иерархии.
«Если травлю организовал ваш руководитель, директор в девяти из десяти случаев встанет на её сторону. Потому что проще заменить одну жертву, чем перестраивать отдел», — предупреждает эксперт.
Правильный порядок действий требует холодной фиксации фактов: скриншоты переписок, аудиозаписи разговоров, показания свидетелей, копии докладных и приказов — всё это формирует доказательную базу. Параллельно подаётся жалоба в Трудовую инспекцию и исковое заявление о компенсации морального вреда.
«Суды сейчас присуждают от десяти до трёхсот тысяч, зависит от доказательной базы. И ещё. Если вас заставили уволиться по собственному, это можно оспорить. Статья 77 ТК РФ требует добровольного волеизъявления. Если докажете, что написали заявление под давлением, восстановят на работе и выплатят средний заработок за всё время вынужденного прогула. Судиться тяжело, часто хочется просто забыть и уйти. Но молчание — это то, на что рассчитывает травящая сторона», — отмечает Брусов.
Дипломатия против давления
Клинический психолог Владимир Мишустин дополняет: если начальник давит, чтобы «сбить спесь» или внушить чувство неполноценности, можно использовать дипломатичный ход с заявлением.
«Необходимо соблюдать субординацию, перешагивать границы вежливости ни в коем случае нельзя», — говорит он.
Есть ещё редкий тип руководителей, которые сами страдают от чувства неполноценности. Унижая своих сотрудников, черпают от этого подкрепление своей значимости.
«Причиной того, почему люди становятся жертвой травли, всегда является какой-то изъян характера. Если, сотруднику трудно устанавливать новые связи или он страдает от низкой самооценки, то он может думать, что никому не нужен. И будет бояться, что, лишившись этой работы, не найдет другой», — резюмирует психолог.
То же самое будет наблюдаться, если у сотрудника низкая квалификация. Он, в этом случае, тоже попадает в зависимость.
Эксперты сходятся во мнении: травля на работе — не испытание характера, а нарушение границ и трудовых прав. Молчание жертвы — главный ресурс агрессора. Фиксация фактов, обращение к независимым экспертам и знание закона меняют расклад. Офис должен быть местом для работы, а не для выживания.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
На Дону подростка, избившего дочь погибшего героя СВО, поставили на учёт 
Потеряла сознание от удара. Дочь героя СВО одноклассник избил прямо в школе 
В Ростове следователи начали проверку из-за разборок школьников 
«Буллинг — как раковая опухоль». Дончанин распылил баллончик в одноклассника