Примерное время чтения: 10 минут
758

Тюремные свадьбы и дети за решеткой. Кто ждет женщин из колонии

Ольгу и Андрея не разлучили ни преступление, ни наказание.
Ольгу и Андрея не разлучили ни преступление, ни наказание. ГУФСИН по Ростовской области

Свадьбы в исправительных колониях - дело нередкое, правда, касается это мужских заведений. Женщины чаще ждут своих избранников из мест заключения. Мужчины такой лебединой верностью отличаются далеко не всегда.

12 марта, в День работника уголовно-исполнительной системы России, rostov.aif.ru рассказывает истории двух героинь из Азовской исправительной колонии № 18. Эти истории о любви - милосердной, всепрощающей и дающей надежду на будущее.

«Я это заслужила»

В крещенский сочельник, 18 января, в женской исправительной колонии было солнечно и как-то особенно празднично. То там, то здесь вспыхивали разговоры, что Ольга из второго отряда выходит замуж.  Ольга ходила тихая и торжественная – поправляла причёску, подкрашивала глаза. Нарядного платья у неё не было, но это её не расстраивало, важнее было, что сегодня она наконец-то станет законной женой Андрея. Товарки расспрашивали, вздыхали – радовались и завидовали, конечно.

Ольге 36 лет. Говорит, что такую любовь, которая у неё случилась с Андреем, она ждала всю жизнь, выстрадала её и заслужила. Причём, отношения их уже прошли многоуровневую проверку: расстояниями, расставаниями, а теперь вот тюрьмой.

Ольга из Архангельска, четыре года назад поехала поработать официанткой на лето в кафе под Кабардинкой - и туда на обед однажды зашёл Андрей.

«Это была любовь с первого взгляда. Андрей не такой, как все: спокойный, уравновешенный. Не замечала, чтобы злоупотреблял спиртными напитками. И видела, что его чувство ко мне взаимно, — сухо рассказывает Ольга. - Когда закончился курортный сезон, мы сняли квартиру и стали жить вместе. И жили счастливо до 2021 года – тогда случилась конфликтная ситуация, в которой я лишила человека жизни. Я уже полностью осознаю свою вину, раскаялась, хотя ничего не может меня оправдать, что бы я не говорила».

Подробности убийства Ольга вспоминать вслух не хочет даже при своих. Поэтому отказывает и мне. Я спрашиваю о катарсисе - когда он приходит?

«Не сразу, — отвечает она. - Когда ты уже отлучаешься от семьи, остаёшься один на один с собой - вот тогда. Вспоминаешь все моменты, прокручиваешь в голове как этого можно было избежать... Мои близкие меня не оправдывают, но никто не отвернулся. А Андрей говорил, что всё равно меня любит и будет поддерживать. В январе этого года мы поженились».

Пять минут длилась роспись. Ещё пять дали на скомканные слова и объятья. После церемонии бракосочетания молодым разрешили длительное трёхдневное свидание, которое проходит здесь же, на территории колонии. Мужу и жене предоставляется комната в тюремном общежитии с кухней и санузлом. После этих трёх счастливых дней сердце ломит особенно сильно, и особенно остро хочется домой. Поэтому Ольга старается вести себя идеально, чтобы поскорее попасть домой, теперь уже в Приморско-Ахтарск.

- На первую годовщину свадьбы муж подарил мне дом на берегу лимана. Да, — Ольга видит как округлились мои глаза и краснеет. — Там 70 Га земли. Пока я нахожусь здесь, Андрей приведёт дом в порядок. А как я приеду, заведём уточек, гусей, хозяйство. И чтобы всё-всё было в цветах. Как у моих родителей. У меня было хорошее детство и юность. Я никогда не гуляла по кабакам, очень люблю дом, уют, готовить люблю и ухаживать за Андреем. Буду ждать его с работы с накрытым столом, как было у нас раньше...

- А тут вы где работаете?

- По состоянию здоровья у меня облегчённый труд, работаю на пропилене - разрезаю мешки.

- Давайте представим, что прошло 10 лет. У вас дом, цветы и гуси. Вы с мужем идёте на рынок за удобрениями или зерном для птиц и видите, что удобрения или зёрна продают вот ровно из таких полиэтиленовых мешков. Что подумаете?

- Да я сразу засмеюсь, — Ольга впервые улыбается. - У меня к этому месту нет злости. Я воспринимаю то, что я здесь, как должное. И я это заслужила.

- Но и мужа такого, получается, заслужили?

- Да, я его очень долго ждала. Можно сказать, всю жизнь...

Последняя роспись – до Ольги и Андрея – была в Азовской женской ИК-18 в ноябре 2021 года. В мужских тюрьмах свадеб в разы больше: женщины легче влюбляются, легче прощают и легче верят. И как следствие – чаще попадаются на крючок брака по расчёту. А расчётом со стороны заключённого могут быть длительные свидания, передачки и место куда можно будет вернуться после тюрьмы.

«Дочка была моим спасением»

История Леры из Крыма тоже полна любви. Лере 23 года, у неё двое детей, переживающий за неё муж - и срок за хранение наркотиков. Когда муж уехал на заработки, старый знакомый попросил молодую мать на время припрятать энное количество запрещённых веществ в обмен на деньги. В итоге Лера села на 8 лет в тюрьму. Близкие тяжело переживали произошедшее, а сестра не смогла простить - она работала в органах и из-за судимости родственницы её уволили. Получается, из-за пакета наркотиков жизнь всей семьи пошла под откос.

Лера почти весь срок отсидела с маленькой дочкой.
Лера почти весь срок отсидела с маленькой дочкой. Фото: ГУФСИН по Ростовской области

«С мужем мы познакомились, когда мне было 16 лет, — рассказывает Лера. - Ему было 22 года. Мы гуляли с девчонками, он на улице меня увидел, подошёл, и больше мы не расставались. Когда я попала сюда, он, конечно, был в шоке. Да и все были в шоке, ведь я примерная всегда была: бабушке помочь, на субботники всегда первая. И здесь у меня была цель - везде участвовать, чтобы меня заметили и скорее выпустили. Три года и девять месяцев я уже отсидела. И через неделю должна выйти (отсрочка от отбывания наказания до достижения ребенком 14 –летнего возраста положена женщинам согласно ст. 82 УК РФ - прим.ред) и уехать к дочке».

Дочку Лера родила уже в Азове. О беременности узнала в СИЗО, когда стало понятно, что тошнит её не от тюремной еды. Сотрудники успокоили: не ты первая, не ты последняя так рожаешь - в колонии есть дом ребёнка, мамы находятся вместе с детьми, пока тем не исполнится 3 года, вот там и будешь сидеть.

«Моему сыну на тот момент было два годика. И я понимала, что всё его раннее детство пройдёт без меня... Второй ребёнок родится в тюрьме - могла ли я такое представить? Но то, что дочка все эти три года была со мной, держало меня очень сильно», — Лера плачет.

Несколько дней назад дочку, с которой она действительно не разлучалась всё это время, забрали домой. Скоро к ней поедет и Лера, но это время врозь для обоих - мука: «Мы спали вместе, ели вместе. Когда я уходила на работу, Ангелина шла в садик, тут же, на этаже.  Я говорила: «Доченька, я помою полы, на конфетки деньги заработаю и приду». В первые дни в садике она плакала, а потом привыкла. Первые её слова, первые шаги пришлись на мои выходные - вот это было счастье!.. Сейчас с ней рядом и папа, и бабушка, но она всё плачет и плачет обо мне...»

Детская площадка в женской колонии.
Детская площадка в женской колонии. Фото: ГУФСИН по Ростовской области

Лера переполнена любовью к дочери и в то же время переживает о сыне: почти четыре года для малыша - это целая жизнь. И от мамы он отвык, она для него - просто лицо в смартфоне.

- Муж и бабушка, конечно, говорили обо мне только хорошее - но это слова... Теперь моя задача, когда вернусь, повернуть к себе сына. Довожу его остаток года в садик, потом начнётся школа - будем заниматься, уроки делать вместе. И думаю, всё восстановится со временем.

- Ваша дочка до трёх лет жила за высоким забором. Что её на свободе удивляет?

– Ну, они не всегда были за забором. В парки, на мероприятия малышей вывозят время от времени. Но всё равно дочку многое удивляет. К примеру, коты. Тут у нас нет животных, только птицы. А там куча котов! Только и успевают от неё убегать. А собак боится - пугается лая. С прогулками тоже всё для неё непривычно. Здесь мы катались в коляске по территории, территория не такая большая - от забора к забору получается, а там она просит бабушку везти её дальше и дальше, поэтому гуляют они очень долго.

- Что вам здесь снится?

- Сплю очень плохо - раньше же дочку во сне придерживала, чтобы она не раскрывалась. А теперь на её место кладу скрученное одеяло. Его обнимаю и сплю на одном боку всю ночь, по привычке. А снятся ужасы: что меня не отпустят на волю, что придёт протест прокурора, хотя он и не возражал в судебном заседании о предоставлении мне отсрочки от отбывания наказания.

- Лера, когда я шла к вам на встречу, подразумевалось, что будем говорить о любви мужчины и женщины. А мы говорим с вами о материнской любви - безусловной и бескорыстной. Но муж-то вас ждёт?

- Конечно. Все эти годы он был рядом и помогал во всём. Но как дочку увезли, ни о чём другом думать не могу. Мне кажется, на воле мама не так привязана к ребёнку, как здесь - там больше событий, бабушки, дедушки. А тут вы друг у друга одни - самые близкие люди... Дочка была здесь моим спасением, моей надеждой и моим стимулом для того, чтобы поскорее освободиться.

- Больше не вернётесь?

- Никогда. Я уверена на сто процентов. У меня есть дело - я повар и умею наращивать ресницы. У меня дети и любимый муж - мне есть, куда возвращаться и ради чего жить.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах