Примерное время чтения: 11 минут
367

Стал жертвой популярности. Судьба первого исполнителя «Левого берега Дона»

Многие в Ростове до сих пор уверены, что Ундров донской казак.
Многие в Ростове до сих пор уверены, что Ундров донской казак. Обложка альбома

О сакральном значении левого берега Дона для каждого ростовчанина вся страна узнала благодаря одноимённой песне, которую в конце 80-х годов прошлого века исполнил Константин Ундров. «Левый берег Дона» и сегодня звучит не только в Ростовской области, но и в других городах и даже странах.

10 октября Ундрову исполнилось бы 65 лет. Дончане продолжают называть его казаком, хотя он был коренным москвичом. Об истории рождения культовой песни и судьбе «певца Ростова» корреспондент rostov.aif.ru поговорила с автором текста и музыки, известным тележурналистом Иваном Кононовым.

Хобби тележурналиста

Альбом Ундрова «Ростов – мой папа» в 1989 году разошёлся по всей стране, на «ура» его приняли во всех уголках тогда ещё СССР. Но в Ростове он вызвал настоящую бурю эмоций, ещё бы, наш прекрасный Левбердон наконец воспет на всесоюзном уровне.

Многие ростовчане уверены, что у москвича Константина Ундрова – донские корни. Артист был человеком закрытым, журналистам о себе рассказывать не любил, поэтому горожане «рисовали» ему биографию кто во что горазд. Но уточнить информацию можно у людей, близко знавших Ундрова.

«Ни он, ни его предки к Дону никакого отношения не имели, — говорит Иван Кононов. – Ростовская тема ему открылась после встречи со мной, и уже после выхода наших донских альбомов он приехал сюда жить».

Константин Ундров и Иван Кононов.
 Иван Кононов (слева) и Константин Ундров (справа). Фото: Обложка альбома

Рождение культового «Левого берега Дона» произошло в Москве. Песню в 1987 году написал Иван Кононов, работавший тогда в молодёжной редакции Центрального телевидения.

«На тот момент мне было 34 года, я уже считал себя состоявшимся поэтом. Но поэзия была, скорее, хобби, тогда у меня стремительно развивалась карьера на телевидении. «Левый берег Дона» стал для меня особым произведением, потому что Ростов я очень люблю, в этом городе я родился, вырос. Я по нему всегда тосковал и тоскую. И ностальгия по городу нашла выход в этой песне», — рассказывает Иван Арсеньевич.

Песню он напел продюсеру Сергею Соколову после эфира с его участием. Соколову композиция пришлась по душе.

«У меня есть знакомый исполнитель Костя. Он хороший парень, и поёт здорово, но сейчас не у дел. И, по-моему, спивается. Поговори с ним, думаю, он захочет исполнить эту песню», — посоветовал Соколов.

Золотая жила для Ундрова

Иван Кононов с воодушевлением направился в московскую квартиру Ундрова, но личное знакомство пыл слегка охладило: «Я был несколько разочарован, потому что, во-первых, он действительно тогда был немного деклассированным элементом, жил в комнате, заполненной пустыми бутылками. Во-вторых, выяснилось, что у него тенор. А в моём представлении эта песня должна была исполняться, как минимум, баритоном».

Коренной москвич, выпускник «Гнесинки», бывший клавишник «Рондо», переживал, видимо, творческий кризис. Но после того, как Кононов напел ему будущий хит, как будто очнулся ото сна.

«Глаза у него загорелись, он понял, что напал на золотую жилу. Костя записал «Левый берег Дона» на магнитофонную кассету. Получилось, действительно, очень хорошо. Ундров славился тесными связями с людьми, которые делали бизнес на продаже кассет. Во всех городах были такие музыкальные киоски компании «Союз», где продавались самые модные альбомы и композиции. И Костя через них занялся распространением песни», — вспоминает Кононов.

Иван Кононов и Дмитрий Дибров
Иван Кононов и Дмитрий Дибров Фото: Из личного архива/ Иван Кононов

«Левый берег» сразу оценил коллега и земляк Кононова, ростовчанин Дмитрий Дибров, с которым они в тот момент вместе работали на одном из телеканалов. По словам Ивана Арсеньевича, Дибров сначала относился к идее создания песен с Ундровым с лёгкой иронией. Но когда услышал готовое произведение, признал: был не прав, это действительно хит!

После того как «Левый берег» взорвал все радиостанции страны, стало понятно, что нужен полноценный альбом. Ундров обратился к Кононову с просьбой написать для него остальные песни. Так появились любимые ростовчанами «В Нахичевани», «А над Доном золотые купола», «Ростов – мой папа» и другие.

«Я очень быстро тогда их написал, было ощущение, что могу выдавать их тоннами. В них вся моя жизнь, юность, любимые улицы, магазин «Три поросёнка», собор… Очень хотел написать о Театральной площади, но тогда не сложилось. И всё это я ему подарил. Альбом быстро выпустили, в Ростове он моментально ушёл в народ», — рассказывает Иван Арсеньевич.

Песни Ундрову Кононов в самом деле подарил, никаких авторских отчислений не имел. Тогда казалось, что это неважно, поскольку, как уже говорилось, был занят своей работой. Карьеру он строил быстро, становился заметным тележурналистом, сначала ведущим, потом редактором «Четвёртого канала», потом вице-президентом «Авторского телевидения». Да и в самом деле хотелось помочь талантливому артисту. Константин приглашал Ивана Арсеньевича на концерты, он приезжал в любимый Ростов, выходил на сцену под бурные овации.

Казак-доброволец

А Ундрову донская столица так пришлась по душе, что он здесь и остался на некоторое время. Проникся местным духом, вникал в дела казачества. 

Между тем, на волне успеха он выпустил ещё несколько альбомов. А потом внезапно уехал с казачьим отрядом воевать в Югославию.

«Организованно казаки приехали во фронтовой Вышеград 1 января 1993 года, то есть Новый год они справляли где-то на просторах Венгрии. Поездом группа казаков добралась до приграничного Чопа, а дальше на автобусе через Венгрию ехали до сербского Белграда. В автобусе было 50 здоровых мужчин, у многих имелась казачья справа, так  казаки называют форму», — пишет русский доброволец Александр Кравченко.

О ранении исполнителя в книге «Волки белые» упоминает писатель Олег Валецкий: «В палате со мной лежал Костя Ундров, ростовский певец, воевавший ещё в первом казачьем отряде. Костя в ночном рейде наступил на противопехотную нажимную мину, прозванную сербами «паштетом». Стояла обычная балканская зима, а Костя зачем-то нацепил две пары тёплых носков и ещё великоватые по размеру ботинки. Поэтому, поскользнувшись на снегу, ткнулся ногой в «паштет» и повредил лишь пальцы на ноге. Первый раз, по его рассказам, большой палец поставили немного вкось, на что ему указали пришедшие к нему поддатые казаки, его боевые товарищи. Казаки решили устранить ошибку и попытались ему вставить палец на место, но тут же опять его сломали. Наконец с помощью врачей палец был поставлен правильно и на место».

Перепели Киркоров и Шуфутинский

После ранения Ундров вернулся в Москву, выпускал песни, в том числе и о войне в Югославии («Вышеградская ночь»), не оставляя и казачью тему. В нулевых он снова выпустил хит «Мирный 13-й год...», правда, особую известность в стране песня получила после того, как её перепел Филипп Киркоров.

Похожая ситуация произошла и с «Левым берегом Дона» ещё в начале 90-х годов. Её наиграли Михаилу Шуфутинскому, который записал песню в США и привёз в Россию, где она прокатилась по стране на второй волне успеха.

Иван Кононов с Ириной Шведовой, Юрием Николаевым и Михаилом Шуфутинским
Иван Кононов с Ириной Шведовой, Юрием Николаевым и Михаилом Шуфутинским Фото: Из личного архива/ Иван Кононов

«Я работал ведущим прямых эфиров и главным редактором на «Четвёртом». На один из эфиров ко мне как-то пришёл Михаил Захарович. И, между делом, я у него спросил, знает ли он, что исполняет мою песню. Михаил Захарович очень удивился. И вот тогда только я стал получать авторские отчисления от его концертов и проектов, где он исполнял «Левый берег», — рассказывает Иван Арсеньевич. И признаётся, что исполнение Шуфутинского ему больше по сердцу. Возможно, дело в более низком тембре. А может быть, в харизме артиста. Благодаря Шуфутинскому «Левый берег» сейчас исполняют и в Америке, и в Европе. По словам Кононова, однажды ему звонили из Китая, чтобы рассказать, что сейчас в местном ресторане играет этот гимн Левбердона.

«Но Костю я всегда любил и сейчас люблю, — говорит Иван Арсеньевич. - Я очень ему благодарен за то, что он сделал, вложил всю душу и силы в эту песню, продвинул её на уровень страны. Я считаю, что он сделал великое дело. И, наверное, благодаря донскому циклу стал ростовчанином больше, чем я. Его там любили, на руках носили. У него были бесконечные концерты, все его старались угостить, частенько алкоголем. Скорее всего, этим он и подорвал своё здоровье».

Константин Ундров скоропостижно и достаточно незаметно для публики скончался 1 декабря 2012 года. Известие о его смерти попало в СМИ только через пару недель. Но песни, которые он пел о Ростове, живут уже десятилетия. И нет сомнений, что они прочно вошли в историю донской столицы.

А Иван Кононов все-таки написал свою песню о Театральной площади. Второго Ундрова нет, пока для него не нашелся исполнитель. Но, по-моему, эта песня заслуживает того, что зазвучать в Ростове и стать еще одним кусочком мозаики городской жизни.

Театральная площадь в Ростове.
Театральная площадь в Ростове. Фото: администрация Ростова-на-Дону

Вальс на Театральной

Иван Кононов.

Были мы все когда-то моложе и проще.

Я вернулся, встречай меня, папа Ростов!

Выхожу я к тебе, Театральная площадь,

Я к свиданиям снова готов.

Припев:

Раз!

Атланты держат свой фонтан хрустальный.

Два!

Какая стела! Только посмотри!

Три!

То мы танцуем вальс на Театральной,

Вальс на Театральной - раз, два, три!

Вальс на Театральной - раз, два, три!

Мы гуляли по скверам и паркам окрестным,

Ветер с Дона, шаля, разгонял всю печаль,

Мы по площади этой шагали с оркестром,

Нас манила задонская даль.

Припев.

Как прекрасен театр! Ветер флаги полощет,

Я тебе, дорогая, в глаза загляну,

И закружится в них Театральная площадь,

И закружит Ростов-на-Дону!

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах