(обновлено )
Примерное время чтения: 7 минут
4642

Три пика бандитизма. Данил Корецкий о преступности в России

Данил Корецкий
Данил Корецкий / Ирина Леневская / АиФ

В Ростовской области сейчас рассматривается несколько громких дел, связанных с бандитизмом, жестокими убийствами и грабежами. Это и «амазонки», и «цапки». Кроме цинизма и бесчеловечности их объединяет эпоха, уже ушедшая эпоха нулевых-десятых годов.

Как менялся преступный мир и отношение к нему общества в последние десятилетия и куда пропали (к счастью!) кровавые банды начала нынешнего века,  rostov.aif.ru обсудил с писателем Данилом Корецким.

Преступления  показатель времени

Ирина Леневская, rostov.aif.ru: Данил Аркадьевич, что вы думаете о громких делах прошлых столетий, которые, наконец, завершаются сегодня в ростовских судах?

Данил Корецкий: Скажу честно, «амазонки» мне не интересны.

Не изучал материалы дела, не следил за судебным процессом. Как и равнодушен был к делу маньяка Чикатило. Проходил мимо суда, встречал корреспондентов, направляющихся на процесс. Они удивлялись: «А почему не в суд?» А что там интересного? Рассказ о поедании частей тела жертв? Так разные типы мировых маньяков подробно описаны в литературе, каннибальский синдром  тоже, профессионалам всё это хорошо известно.

— Дело Чикатило тогда стало поворотным, криминалисты и психиатры многое поняли про маньяков. Да и общество отреагировало очень бурно. А сейчас про Чикатило фильмы снимают, герой в какой-то степени. Вспоминаются и другие образы, которые делают бандитов частью престижного образа жизни. Или ошибаюсь?
— В банды никогда не стояла очередь, и престижа в опасной и расстрельной деятельности никакого не было. Когда говорят о престижности дружбы с бандитами, что имело место в 90-е, то имеются в виду не именно бандиты, а любые блатные и приблатнённые — кидалы, автоподставщики, вымогатели, наглая публика в малиновых пиджаках и с золотыми цепурами на шее. Да и те, кто был причастен к настоящим бандам, стремились отойти от явного криминала. Все, кто «сбил» капитал, стремились его легализовать: открывали гостиницы, сауны и рестораны, детей отправляли учиться за границу, а когда и если те возвращались, покупали им престижные места. То есть стремились максимально дистанцироваться от чистого криминала, и даже конфликтные ситуации старались решать без стрельбы и взрывов. Так статистика по бандитизму в нулевых стала падать, как впрочем, и криминальная статистика в целом.

— Кстати, о правоохранителях. Тем же «амазонкам» удавалось скрываться долгое время благодаря помощи родственника автоинспектора. Понятно, мы живём в неидеальном мире. Но как-то можно «научить» полицейских быть полицейскими, а не преступниками? Как сломать систему? Простите за резкость, но мы отлично знаем, как в том же Ростове полицейские пытали подозреваемых, подкидывали патроны, крышевали торговцев наркотиками.

 Есть такая восточная поговорка: ничему нельзя научить, но всему можно научиться. Хотя и в вузах МВД, и на гражданских юрфаках преподают «Основы антикоррупционной политики», уголовные дела показывают, что это не панацея. Кто учиться не хочет, того правильными словами не научишь. Многие правоохранители считают, что пособник из ГИБДД должен получить тот же срок, что и основные участники банды. Я с ними согласен.

 Как человек, который долгое время изучает преступный мир, скажите, чем отличаются банды эпохи 90-х годов от преступников нулевых?

— Бандитизм появился не сегодня, не вчера. Он напрямую связан с политической, социально-экономической ситуацией, уровнем морали в обществе. В двадцатые годы убивали за сапоги, пальто, кулёк муки. Мишка Культяпый (совершил свыше 70 убийств  — прим. авт.) мог зайти в дом, положить семью вокруг себя, головами в центр, и рубил по очереди топором. В Гражданскую войну бандитизм приобрёл политическую окраску  — бандиты на конях врывались в село и расправлялись с большевиками. Советская власть  навела порядок. Второй период наступил после Великой Отечественной войны: в стране разруха, много оружия  это объективные факторы, обусловившие рост бандитизма.

Пришлось создавать в милиции специальные отделы борьбы с бандитизмом (ОББ), но в начале 50-х их расформировали  — с бандитизмом было покончено. В криминальной статистике СССР 60-70-х годов в графе «бандитизм» стояли прочерки, в редкие годы цифры 1, 2.

Надо сказать, Ростов отличался: банды Толстопятовых («Фантомасы») и Билыков прогремели на всю страну, про них даже сняли художественные фильмы. «Фантомасы» вошли в историю криминалистики тем, что чужими руками изготавливали револьверы, автоматы, патроны и даже гранаты. Впоследствии сложили легенды, что они были талантливыми конструкторами-оружейниками, но это ерунда: оружие создавалось по хорошо известным схемам и было ненадёжным. Финальный поединок сержанта Русова со штатным пистолетом Макарова и банды «автоматчиков» это наглядно доказал.

Третий статистический пик бандитизма вызван политико-социальными катаклизмами конца прошлого века. В 1990 году зарегистрирован ноль фактов бандитизма, а в 1999-м  523. В нулевых пошёл спад, резко изменился его качественный состав: бандитизм стал силовой основой организованной преступности, так называемые «разборные» бригады  — это банды, которые решали те задачи, которые ставились руководителями ОПГ. Например, ликвидировать начальника порта, который противится его приватизации, убрать руководителя банка, мешающего похищать сотни миллионов. В этом плане «амазонки»  это дикая банда из далёкого прошлого, как тот же Культяпый. Они убивали за пачку замороженных окорочков, початый флакон парфюма, убого пряча добычу возле уличного туалета.

Об интернете и экономике

 Современные преступления, в основном, имеют экономическую направленность, что не наблюдалось в советское время. Я ещё работал по Уголовному кодексу 1960 года, когда за хищение в особо крупном размере, а это больше 10 тысяч рублей  цена престижной «Волги» на чёрном рынке, могли приговорить к расстрелу. Тогда основные заработки были от 70 до 120-150 рублей, реально казнённые расхитители похищали 150-500 тысяч. Сегодня в уголовных делах фигурируют миллиарды.

Сейчас распространено кибермошенничество: мобильная связь, интернет стали средой и средством совершения преступления, что вовсе не говорит о том, что их надо запрещать. На днях мне позвонил человечек, назвал по имени-отчеству, представился фамилией, как у одного из моих давних учеников. Мелькнула мысль, возможно, его сын, потому вступил в диалог. Но сразу становится ясно — аферист. Говорю, давайте я вам перезвоню, а в ответ: «Не вам указывать, как мне поступать». Да таким наглым тоном. (смеётся) Пришлось перейти на жаргон, но он и им не владел. Чертяка безродный, как таких называют. Но люди-то попадаются несмотря на многочисленные предупреждения!

ДОСЬЕ:

Данил Корецкий, писатель, сценарист, учёный, доктор юридических наук, профессор, заслуженный юрист России. Служил в правоохранительных органах, работал в Центральной Северо-Кавказской лаборатории судебной экспертизы, преподавал в институте МВД. Автор более 250 научных работ. Книги (в феврале выйдет 61-я) выпущены общим тиражом свыше 20 млн экземпляров. По его романам снято три сериала и три художественных фильма, самый знаменитый  «Антикиллер».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах