Суров закон. О громких преступлениях года рассказал адвокат Антон Ключко

Юристов обычно спрашивают о самом приземлённом: как правильно оформить документ или на что обратить внимание в договоре. Но мало кто близко знаком с их трудом и ими самими за профессиональным фасадом.

Почему адвокаты защищают рецидивистов и преступников? Зачем детям знать право с юных лет? И скрывается ли под строгостью профессии обычный человек со своими увлечениями и мечтами? Об этом rostov.aif.ru поговорил с ростовским адвокатом Антоном Ключко.

Наделали шума

Татьяна Набойченко, rostov.aif.ru: Антон Геннадьевич, наконец поставлена жирная точка в «деле судей», связанным с коррупцией в донских судах. Вся страна следила за ним с 2023 года. Индикатором каких процессов в судебной системе региона оно может стать?

Антон Ключко: Я скажу, чего бы мне хотелось увидеть в развитии судебной системы, вне зависимости от исхода дела. Во-первых, чтобы суды общей юрисдикции внедрили цифровые решения в ведении — для прозрачности и удобности. Во-вторых, чтобы апелляционное рассмотрение приговоров происходило не в заведомо определённом суде, как сейчас, а распределялось случайным образом.

— После задержания судей последовали аресты чиновников. Экс-главу минтранспорта Виталия Кушнарёва приговорили к 13 годам лишения свободы и огромному штрафу за взятки и незаконное хранение оружия. Кроме того, задержаны и другие бывшие высокопоставленные лица: Федотова, Рачаловский, Логвиненко, Лысенко. На ваш взгляд, с чем это связано?

— Если постараться ёмко ответить, то это связано с работой правоохранительных органов. Почему волна арестов именно в нашем регионе, скорее, вопрос к правоохранителям, чем к юристам. И, учитывая высокий статус привлекаемых лиц, смею предположить, что вопрос политический, а не юридический.

— Ростовская область — не самый спокойный регион, у нас то и дело происходят громкие преступления или разгораются скандалы. Чего только стоит шокирующая история, когда ростовчанка оставила мёртвого новорождённого ребёнка в мусорном контейнере на Суворовском. К сожалению, подобное случается часто. В чём причина?

— Я не согласен, что это «тенденция». Это явление су­ще­ству­ет столько же, сколько человечество. С юридической точки зрения у нас есть отдельный состав — статья 106 УК РФ: «Убийство матерью новорождённого ребёнка». Это так называемое привилегированное преступление — санкция до пяти лет, то есть средняя тяжесть. Выделено оно неслучайно: мотивы и психоэмоциональное состояние матери (постродовая депрессия, стресс) принципиально отличаются от, скажем, заказного убийства или пьяной драки.

Исторически, начиная ещё с «Церковного устава Ярослава», подобные деяния квалифицировались отдельно и карались мягче — без смертной казни, часто с отправкой в монастырь. Поэтому это не тенденция, а трагическое явление, связанное с медициной и психиатрией.

Этика и закон

— Антон Геннадьевич, адвокату нередко приходится защищать тех, кого сложно назвать «хорошими». Где проходит черта между долгом и совестью?

— Право на квалифицированную юридическую защиту имеют абсолютно все. Иногда в Интернете поднимают дискуссии: как можно быть на стороне коррупционера, вора, убийцы? Так вот, адвокатура создана для того, чтобы защищать людей. Например, для врача нет никаких препятствий вылечить больного человека, даже если того потом приговорят к смертной казни. То же самое и у адвоката, не вижу противоречий между законом и этикой. У любого человека в правовом государстве, независимо от того, что он совершил, есть определённый набор прав, которые подлежат защите.

— Какие человеческие качества в таком случае важны для адвоката?

— Нам задавали похожий вопрос преподаватели на лекциях. Может ли слесарь, будучи последним мерзавцем, быть хорошим рабочим? Почему бы и нет, если он хорошо работает с металлом. А может ли последний мерзавец быть юристом? Наверно, нет, потому что главным образом приходится работать с людьми. Даже если быть гением, досконально разбирающимся в законе, вряд ли получится построить успешную карьеру в юриспруденции, если не уметь находить общий язык с человеком, проникаться его болями, переживаниями.

— С какими вопросами чаще всего обращаются к вам люди?

— С вопросами семейного права: разводы, раздел имущества, споры об общении с детьми. Хотя я специализируюсь на уголовных делах и такие запросы передаю коллегам, тенденцию вижу чётко.

И всё больше убеждаюсь: семейные конфликты не должны сразу уходить в суд, чтобы там начинались ругань и борьба. Хотелось бы, чтобы до подачи иска стороны сначала проходили медиацию. Это гуманнее и разумнее.

— Вы рассказываете школьникам об основах права. Почему юридическая грамотность важна с юных лет?

— Если прос­то приходить в школы и говорить, что убивать, грабить, воровать — плохо, то это не совсем про адвокатуру и просвещение. Но я вспомнил, с какими запросами или мифами в голове приходят ко мне взрос­лые люди. Не самые очевидные моменты для многих взрос­лых становятся шоком. Например, что сведения о фактах привлечения к уголовной ответственности хранятся в базе данных всю жизнь. При этом уголовная ответственность за некоторые преступления наступает с 14 лет — а значит именно с этого возраста важно знать, что за поступки спрашивать будут по закону. Если не усвоить это с ранних лет, потом будет поздно.

— Стоит ли школьную программу дополнить уроками правоведения?

— Безусловно, стоит. Вопрос в том, выделить это в отдельный предмет либо расширить курс обществознания, сделать блок правоведения с более углубленным его изучением. Я бы ещё и финансовую грамотность туда добавил, чтобы эти знания закладывались со школьной скамьи, а не в сухой курс экономики в один семестр в университете.

Хорошее отношение к лошадям

— В своём блоге вы себя позиционируете как адвокат на коне. Это фигура речи или нечто большее?

— И то, и другое. С одной стороны, это игра слов, намёк на то, что я, надеюсь, на профессиональном подъёме. С другой — я реально занимаюсь конным спортом в дисциплине «конкур». При соединении этих смыслов и родилось название.

— Здорово! А давно ли вы в седле? И почему именно конный спорт, может, в роду были казаки?

— В конном спорте с «ковидных» времён, пришёл, можно сказать, в пенсионном для этого возрасте — после тридцати. Но вот уже пять лет стабильно занимаюсь. Казаков в роду не было, но были ветеринарные врачи по линии отца в Воронежской области. Лошадей люблю с детства. Видимо, передалось от папы: он в детстве катался на них в колхозе, но именно спортом не занимался.

— Грядёт год Лошади. Вы, как человек, знающий благородных животных не понаслышке, какие ожидания и надежды связываете с новым годом?

— В наступающем году хотелось бы и дальше оставаться на коне во всех смыслах этого слова. И того же самого желаю всем остальным.

На трезвую голову. Нарколог Хабаров раскрыл, кому нельзя пить в Новый год Подробнее