120

Одна профессия для целой семьи. От ружейного плутония до мирного атома

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 41. "АиФ на Дону" 06/10/2020

В этом году атомная промышленность России отмечает 75-летний юбилей. Но за любым гигантом всегда стоят люди. Не только правители, министры и академики, принимающие судьбоносные решения. Но и самые обычные – те, для кого это просто жизнь и работа.

Секретный город Атомград

У семьи Кудлай из Волгодонска в этом году тоже юбилей, связанный с атомной промышленностью: общий стаж семьи в этой отрасли 100 лет. Они прошли свой путь от оружейного плутония до мирного атома. А началось всё много лет назад – в прошлом веке в глухой сибирской тайге под Красноярском.

После Второй мировой войны единственным государством в мире, владеющим ядерным оружием, были США. Догнать и перегнать Америку в вооружении было очень важно – в период «холодной войны» СССР необходим был свой ядерный щит. Но для производства такого оружия у нас не было своего плутония. В 1949 году Советский Союз провёл успешное испытание атомного заряда. После чего и было принято решение построить два комбината по выработке оружейного плутония. Один из них – Горно-химический комбинат (ГХК), который построили посреди тайги в долине реки Енисей под Красноярском.

«Это было не только секретное предприятие – сам город был секретным. Это сегодня он Железногорск Красноярского края. А тогда был просто почтовый ящик – Красноярск-26. А ещё «девятка» и Атомград – так его называли, – вспоминает глава семьи Анатолий Кудлай. – Комбинат находился глубоко под землёй – в скальных породах.

Этот уникальный проект до сих пор не имеет аналогов в мире. На его строительство привлекали лучшие кадры со всей страны: горняков, метростроевцев, инженеров. А ещё – тысячи солдат и заключённых. Около 70 тыс. заключённых прошли через горные и строительные работы. Кстати, при перевыполнении плана на 25% заключённым засчитывали срок как три дня за день.

А потом кадры нужны были уже для работы на предприятии. Их тоже собирали по всей стране. В 1963 году в город по направлению с Украины приехал 19-летний парень Анатолий – молодой специалист по работе с контрольно-измерительными приборами и аппаратами. На ГХК он проработал более 38 лет.

Юрий Кудлай - слева
Юрий Кудлай - слева Фото: АО "Концерн Росэнергоатом"

За любовью и за запахом тайги

Чтобы привлечь людей на работу в Сибирь, одних только хороших зарплат мало. Людям нужно было жильё, школы, детские учреждения, магазины, столовые, больницы и спортивные со­оружения. Всё это строилось ударными темпами. Особенно жильё. Любопытный факт: руководителем советского атомного проекта был Лаврентий Берия. В Красноярске-26 собирались назвать его именем центральную улицу и площадь. Но после ареста и расстрела Берии в 1953 году главной улице и площади города дали имя Ленина.

Иметь свою отдельную квартиру и сегодня – заветная мечта многих молодых семей. В 60-е годы прошлого века это было равносильно чуду. Многие именно за ним и ехали. А ещё – за романтикой и за любовью. Как 17-летняя Клавдия.

– Мы с девчонками только-только окончили школу, – вспоминает жена Анатолия Петровича Клавдия Кудлай. – Встал вопрос, а что дальше? Очень хотелось вырваться из своего посёлка. В те времена все куда-то ехали – на Север, на БАМ, на комсомольские стройки. А Анатолий был уже в городе – писал, как там всё здорово. И работа есть, и жильё. Ну, мы с двумя подругами и рванули в Сибирь! В город я смогла заехать только в декабре – город же был секретный, запускали не всех, сначала тщательно проверяли. До сих пор помню это волшебное чувство – кругом тайга, мороз и много-много снега. После украинских степей это было что-то удивительное. Я с первых дней всё это полюбила.

Анатолий и Клавдия поженились. Квартиру им дали сразу. Первые жилые дома в Красноярске-26 были двухэтажными и деревянными, но молодой семье квартира досталась уже в современном кирпичном доме. В нём, правда, осталась большая чугунная печь во всю кухню: в первые годы отопление в жилых домах было печным. На стояк был один общий дымоход, куда выходил дым. Картина, конечно, та ещё – копоть на улицах, зато дома тепло и уютно. А на печи и еду варили, и бельё кипятили.

Клавдия Петровна тоже пошла работать на ГХК, где отработала 35 лет. Семья Кудлай росла – родились дочь и сын. Новое жильё давали сразу. Закрытый город вообще хорошо снабжали всегда – и в советские годы дефицита, и в лихие 90-е. Но свои тяжёлые времена были и у атомных городов.

Эра мирного атома

Особенную роль в жизни атомных городов сыграли Перестройка и авария на Чернобыльской АЭС. В 1992 году сразу два промышленных реактора в Железногорске были остановлены и выведены из эксплуатации. А спустя три года, оборонный заказ на производство плутония был снят. В атомной промышленности начиналась новая эра – эра мирного атома. На предприятия произошла конверсия. Часть специалистов переквалифицировались. Остальные стали разъезжаться по другим атомным станциям страны. Сын Анатолия и Клавдии Юрий Кудлай, окончивший к тому времени Аэрокосмическую академию в Красноярске и тоже работавший на ГХК, переехал на АЭС в Волгодонск.

После аварии на Чернобыльской АЭС в 1986 году ситуация с атомными станциями была непростой – по стране прокатилась волна общественных протестов. Задело это и Ростовскую АЭС: работы на ней были прекращены в 1990 году практически на этапе полной готовности первого энергоблока и возобновились только спустя восемь лет. А тут новая беда – взрыв жилого дома в Волгодонске в сентябре 1999 года. Что ещё больше напугало общественность. Но нет худа без добра – всё это позволило существенно доработать проект, обратив особое внимание на безопасность.

Энергопуск первого энергоблока станции состоялся 30 марта 2001 года. В этом же году мастером на производство пришёл Юрий Кудлай. Сегодня Юрий Анатольевич – начальник цеха турбинного оборудования. Руководит производственным процессом по его ремонту. Его цех один из первых на атомных станциях внедрил метод гидрохимической отмывки конденсаторов турбин. Под руководством Юрия Кудлая проводился первый планово-предупредительный ремонт первого блока атомной станции в Иране на Бушерской АЭС. Он был руководителем от Волгодонского филиала АЭР. В атомной промышленности Юрий работает 23 года.

На пользу медицине

Окончив химический факультет ЮФУ, четвёртый год на Ростовской АЭС работает внучка Анатолия Петровича, дочь Юрия Кудлая Лилия. Она инженер химического цеха в газомасляной лаборатории. При её непосредственном участии была организована работа по получению медицинского кислорода, который используют для аппаратов ИВЛ.

– Сегодня медицинский кислород особенно востребован медицинскими организациями, которые проводят лечение пациентов с коронавирусной инфекцией и пневмонией, – говорит Лилия. – Я занимаюсь анализом масла и газов на станции. Принимаем оборудование на чистоту, в этом году стали анализировать медицинский кислород, который производит тоже наша станция. Медицинский кислород анализируется для того, чтобы быть уверенными, что он соответствует требованиям безопасности. При отправке его в медицинские учреждения прикладывается паспорт соответствия.

Медицинский кислород применяют для лечения пациентов с заболеваниями органов дыхания, системы кровообращения. Он жизненно необходим больным, находящимся в отделениях реанимации и интенсивной терапии. Используют его и во время хирургических операций. Сегодня это лекарственное средство особенно востребовано для лечения пациентов с коронавирусной инфекцией и пневмонией.

Анатолий Петрович и Клавдия Петровна – ветераны труда. Они давно уже живут в Волгодонске – переехали к сыну. Обычная российская семья, каких много в нашей стране. Так сложилось, что жизнь семьи Кудлай неразрывно связана с атомной промышленностью. Они не совершили каких-то особых подвигов и не сделали больших научных открытий. Просто честно живут и добросовестно работают, вместе со страной переживая трудности и радуясь победам. Маленькие атомы большой корпорации. Но была бы она без людей труда такой же сильной и влиятельной, как сегодня? И была бы вообще?

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах