Примерное время чтения: 11 минут
1193

Айболит на скутере. Донской фельдшер мчится к больным по разбитым дорогам

Сельский фельдшер Журавлева в сухую погоду рассекает по окрестным хуторам на скутере.
Сельский фельдшер Журавлева в сухую погоду рассекает по окрестным хуторам на скутере. / Тамара Журавлева / Из личного архива

Тамаре Журавлёвой в августе исполнится 76 лет — 58 из них она работает фельдшером в Красновском сельском поселении Тарасовского района. В сухую погоду рассекает по окрестным хуторам на скутере, а как дороги развезёт, добирается до своих больных на тракторе. И больше полувека она просит местную администрацию о нескольких десятках метров дороги, что связала бы её дом с проезжей частью.

Именно с дороги и начинается наш разговор: она настолько плохая, что если бы мы приехали сразу после дождя, Тамаре Васильевне пришлось бы вытаскивать нас на тракторе.

Сложные раны, тяжёлые роды

Повидавший немало на своём веку трактор Журавлёва купила с рук, он её главный помощник. Но помимо трактора фельдшеру помогают и благодарные односельчане — Тома принимала три поколения хуторян.

«Я родилась здесь. В августе 1947 года. Родители мои были в стройотряде. Тогда много чего строили, и хутора росли и росли. Колхоз у нас был зажиточный — птичник, фермы и люди все были при работе, жили хорошо. Когда я только пришла на фельдшерский пункт, на моём участке было больше трёх тысяч человек. Только и успевала бегать: там роды, там дитё с дерева упало, там соседка на вилы напоролась», — рассказывает она.

В медучилище Тамара Васильевна пошла уже после того, как окончила автотранспортный и полгода поработала ревизором рейсовых автобусов. Пошла, потому что у мамы отказали ноги: Томе очень хотелось ей помочь, вылечить — сотворить чудо. Для мамы чуда не вышло. Но для всего остального хутора чудеса время от времени случались. У Тамары Васильевны волшебные руки — она всегда точно попадает в вену, хорошо принимает роды и зашивает раны.

Потому что ещё во время учёбы проходила практику в Новочеркасской БСМП. Работала по ночам, не отказывалась от самых сложных пациентов, и домой вернулась поднаторевшая. «Шить я умею хорошо, сложных ран не боюсь, только если переломы, серьёзное что-то, отправляю в район. А так — сама. Был случай, когда нашего Лёшку-ветеринара подцепил бык. В полпятого утра за мной прибежали: „Тома, помоги!“ Лёшка стоит, держит вот так, — Тамара Васильевна раскрывает ладони у живота, — кишки на пальцах висят — бык хватанул по касательной. Я его на кушетку положила, взяла за плечи и труханула — так нас в БСПМ учили. Кишки сами на место и встали — ни одного разрыва, ничего. Зашила, обработала, хотела утром в райцентр везти, а он отказался — сам пришёл на перевязку и потом быстро пошёл на поправку. В больницу мы так и не поехали».

И тела, и души

С каждым новым правильным назначением и спасённым пациентом «очков» у Томы прибавлялось. Притом было и другое: Тамара Васильевна лечила не только тела, но и души — крутила в сельском клубе кино.

Случилось это из-за мужа: тот был киномехаником, всё чаще выпивал и пропускал работу. А Томе было стыдно перед односельчанами и она научилась заправлять плёнку, стала выходить на замену, когда муж пропадал. Потом получила корочку киномеханика и 12 лет показывала людям кино. «Тихий Дон», «Калину красную», а уж индийские фильмы!..

Уважение к Томе в хуторе росло в арифметической прогрессии — с мужем она, дочка ещё была совсем маленькая, развелась. Крутилась на нескольких работах, так и жила сама себе хозяйкой почти 19 лет.

Пока к ней не прикипел сердцем приезжий парень, на 17 лет её моложе. Всё носил цветы и носил, убеждал, что любит до колик, до сердечного приступа. Тома сдалась — в 51 год во второй раз вышла замуж. Но предупредила, что на работу замужество её влиять не должно. А потом и общественную нагрузку добавила, когда надо было поднять тяжёлого больного, подержать, пока зашивала рану, ребёнка, звала мужа: «Срочно приезжай!»

Хутор есть хутор

Больше 30 детей Тома приняла на дому. Нескольких в дороге, одного в поле — завернула в свой белый халат и передала матери, как ценный подарок. Говорит, все вышли здоровые, ни с кем ничего страшного, слава богу, не случилось.

Хотя хутор есть хутор, и люди бывают разные. И когда Тома видит это «разное», может пристыдить, а то и, если мать пьяная, а дети грязные и голодные, взбодрить так, что мало не покажется.

Поэтому, когда Тамара Васильевна появляется на дороге, по хутору бежит шепоток: «Тома наша идёт!»

Это мне рассказали соседи Журавлёвой. Пока мы искали ФАП, нашли много желающих поговорить об «их Томе». Также они возмущались, что фельдшер, которая вырастила три поколения хуторян, до сих пор не имеет никаких весомых наград и званий.

— Так у неё сколько народной любви, — заметила я.

— А пенсия?! Народная любовь на пенсии не отражается, а награды и звания превратятся в лишнюю копеечку...

С последним трудно спорить. Зарплата у Тамары Васильевны сегодня вместе со всеми надбавками составляет 15-17 тысяч рублей. Бензин для разъездов по больным не оплачивается: с этими расходами, как и с расходами на дорогостоящие лекарства для хуторян ей помогает местный фермер Черенков и председатель колхоза Степаненко.

Кто, если не мы?

Несколько лет назад в рамках проекта «Здравоохранение» в хуторе Нижнемитякин открылся модульный фельдшерско-акушерский пункт: из старого, но ещё крепкого кирпичного здания фельдшера перевели в новый. Зимой в этой конструкции холодно, летом здание нагревается, нечем дышать, с потолка капает конденсат.

Я спрашиваю у Тамары Васильевны, нельзя ли было отказаться от такой «модернизации» — нет, нельзя. Хотя у неё в прошлом здании и оранжерея была, и место для кушетки, и самой, если что, было, где ночью прилечь.

«Новый год, 8 Марта, 23 февраля — самая работа. Только приляжешь, стук: „Тома, помоги!“ Да, у меня часы закончились, но приходят-то все свои, многих я с рождения знаю. Помню, как-то транспорта не было, а у меня беременная, посмотрела открытие — время ещё есть, успеем. Посадила на скутер, и мы поехали в роддом. По дороге встречаем главврача, как она меня отругала! Ну, а что делать, если транспорта нет, дорог нет?» — пожимает плечами дончанка.

Беспокоит фельдшера Журавлёву и ещё один момент — диспансеризация. Когда она начинается, Тамара Васильевна обходит все дворы и требует: «Выходите проверяться!» Люди её уважают, доверяют, поэтому идут.

Благодаря диспансеризации, а именно маммографии у шести женщин выявили проблемы.

«Пока болезнь поймана на ранних стадиях, ещё можно что-то сделать, а дальше — уже только Бог, — рассуждает она. — Я за жизнь столько случаев видела, когда уже, вроде бы, всё, а потом — раз! — и человек пошёл-пошёл на поправку. Почему? А нужен он ещё на этой земле, что-то его не отпускает».

Другая жизнь

И её саму, видимо, не отпускает: с юности Тома была спортивная, бегала лучше всех, гоняла на всех видах транспорта, падала, переворачивалась, вылетала в кюветы. Но всегда отделывалась легко — палец только на руке не сгибается, а в остальном всё нормально.

«Вот мне некоторые говорят, сколько можно работать? Шла бы на пенсию, домом занималась. А кому я людей передам? Кто из молодых пойдёт в наш хутор на эти деньги? Поэтому я и бегаю, надо сделать побольше пока в силах.

...У меня случай был. Поехала я как-то в Луганск, у нас тут рядом, 50 километров всего, на один день. И именно в этот день одному из наших стало плохо с сердцем. Скорую вызвали, но она не успела. Я, как узнала, всё думала: на один день вырвалась, и вот... Жалела очень, что не было меня в хуторе — точно бы остался жив», — вспоминает Журавлева.

На лето дочка Тамары Наташа приезжает к маме и становится её правой рукой.
На лето дочка Тамары Наташа приезжает из Москвы к маме и становится её правой рукой. Фото: Из личного архива/ Тамара Журавлева

Поскольку надежды на поток молодых медработников в село нет, Тамара Васильевна настояла, чтобы на фельдшера выучилась её дочка Наташа. У неё совершенно другое образование и абсолютно другая московская жизнь. Но на лето Наташа приезжает к маме и становится её правой рукой — помогает с компьютерными делами, обследованиями. И организовывает мамин день рождения, который не уступает по масштабности Дню хутора. В прошлом году на юбилее было больше 90 человек, стол тянулся через весь двор. И был авторский торт с красным крестом, белым халатом и стетоскопом. Гости надарили подарков, наговорили много хороших слов и долго вспоминали, как всё дружно и душевно получилось. Как в прежние времена.

«Раньше у нас была другая жизнь, — говорит Тамара Васильевна. — Я голод 1953 года помню, как мы выживали, но делились последним — и были друг к другу добрыми. Дома из самана строили вместе, праздники отмечали вместе, и на помощь приходил, если случалась беда, весь хутор. Я в этом выросла, так и живу».

Редакция rostov.aif.ru просит администрацию сельского поселения проложить те несколько десятков метров дороги, которые Тамара Журавлёва ждёт уже не один десяток лет. Нам кажется, что хотя бы это она заслужила.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах