aif.ru counter
24

Казённый дом для забытых сердец

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 5 03/02/2010

Порой старики становятся ненужными даже самым близким людям

Нынешняя зима выдалась на редкость суровой. Поэтому Ольга Даниловна почти не выходит из дому. Она сидит у окна и смотрит на бережно укрытую снегом улицу...

По сельской дороге изредка проезжают промёрзшие старенькие авто. Раньше при каждом звуке мотора Ольга Даниловна вздрагивала, спешила к окну, вглядывалась подслеповатыми глазами в разбитую непогодой дорогу. Теперь уже не спешит.

Подарок внуку

Ольга Язева живёт в Золотарёвском доме престарелых. Она одна из полусотни сельских стариков, которых судьба принудила доживать свой век там, где слово "дом" умещается в казённую кровать, тумбочку и календарь с артистами эстрады прошлого века на стене.

- В мэнэ сын есть, внук, они мэнэ не забывают, но я сама сюда попросилась, - пытается убедить меня Ольга Даниловна. - Шумно у них в хате, народу много. А мне тишина нужна. Я за свою жизнь намаялась.

Она с воодушевлением рассказывает о былом: и как от немцев скрывалась, и как на току работала... Потом родились сыновья, которым она вышивала распашонки и маечки. Спустя несколько лет умер муж, а потом и неожиданно подкралась старость. О сегодняшних днях Ольга Даниловна рассказывает скупо:

- Живу хорошо. Тепло здесь, кормють, самодеятельность есть...

Несколько лет назад к бабе Ольге приезжал внук: вернулся из армии. Посидел немного и засобирался домой. На прощание бабушка сунула ему в руку плотный рулончик, семь тысяч рублей, - всё, что удалось отложить с остатков своей мизерной пенсии...

- Когда старики-отказники к нам поступают, то первое время на родных очень обижаются. А потом, гляжу, уже и сами письма пишут, и денежку откладывают, и носочки вяжут, - рассказывает сотрудница дома-интерната Мария Рябушенко. - И всё ждут, что дети приедут за ними. Одна бабушка у нас была: дочь-алкоголичка била её, издевалась. А когда пришла весть о смерти дочери, мать не могла вынести горя, слегла, а вскоре её не стало...

Когда нет поддержки от близких, старики пытаются найти её у чужих - таких же, как и они, обездоленных и одиноких. Иногда это перерастает в дружбу, иногда случается и любовь...

Встретились два одиночества

Если кто-то рассказывал ей о любви, Александра Дмитриевна Самохвалова только смеялась: мол, видали-перевидали мы эту любовь, при первых трудностях испаряется. Лишняя рана на сердце. А тут на тебе, на восьмом десятке и с ней такое приключилось.

Поэтому, наверное, в своём рассказе слово "любовь" она заменяет то "уважением", то "пониманием". Но глаза её говорят совсем о другом...

Жизнь у Александры Дмитриевны, как и у всех детей военного времени, складывалась несладко. От рассвета до заката работала в колхозе (41 год стажа без отпусков и отгулов), а дома её ждали престарелые родители и брат-инвалид. Два раза выходила замуж, но мужья не выдерживали такого семейства и, пожив год-другой, уходили туда, где хлопот поменьше. Детей Бог ей тоже не дал, поэтому к старости осталась она одна. Пока здоровье позволяло, колотилась по хозяйству, а как стала болеть, сама попросилась в дом престарелых.

- Приехала сюда шесть лет назад, в конце ноября, а Валера за три месяца до меня прибыл, - вспоминает она. - Чем-то я ему понравилась, что ли. Стали мы дружить, гулять вечерами. Он мне о себе рассказывал, я ему о своей доле. И всегда было о чём поговорить, вроде как родственные души встретились...

Валерий Владимирович - скромный, интеллигентный. Полжизни проплавал на рыболовецких судах, повидал не один морской шторм, но сломили его жизненные бури. Вначале "заблудила" первая жена. Простить измену он не смог - развёлся. Спустя несколько лет погиб любимый сын. Остался Валерий Владимирович один. К нему то одна невеста присматривалась, то другая, но бывший моряк женщинам больше не верил, решил коротать старость под присмотром чужих людей. А тут вдруг ёкнуло что-то - вот она, та самая, которую он ждал почти полвека.

- Предложил он мне жить вместе уже через месяц, - краснеет Александра Дмитриевна. - Но я-то не привыкшая к такому, тем более немолодые уже. Так он даже к директору пошёл, чтоб она на меня повлияла...

Спустя несколько месяцев Александра Дмитриевна сдалась. Тогда и достала из чемодана своё лучшее платье: кто бы мог подумать, что в семьдесят лет наденет его на собственную свадьбу?! И началась у них новая жизнь. С купленными по случаю бракосочетания коврами, старинными фотографиями на стенах, вазочками и салфеточками. Если б не храп соседей за стеной да бесконечное шарканье в коридорах десятков стариковских ног, то почти как дома.

Она вяжет мужу тёплые носки, он заваривает ей фирменный чай с мёдом.

- Ревную ли я его? Нет. Он по сторонам не смотрит. Хороший мужчина, достойный, - с гордостью произносит Александра Дмитриевна. - За другого бы не пошла. И живём ладно. Это в молодости страсти, ревности. Сейчас главное - чтоб уважение было, человек настоящий рядом. И чтобы после смерти было кому на могилку ходить. А остальное уже не нужно...

Светлана Ломакина, Семикаракорский район. Фото автора

Смотрите также:

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых