aif.ru counter
233

Эдуард Холодный: "Я трижды умирал..."

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 46 11/11/2009

Откровения поэта-психиатра

- Всё, что случалось в моей жизни, было предначертано судьбой. Наверное, странно слышать такое от врача, но мой личный опыт показывает, что всё-таки там что-то есть, - Эдуард Холодный указывает взглядом на хмурое ноябрьское небо. На фоне тяжёлых облаков золотится купол старой часовни...

Имя психиатра Эдуарда Холодного известно не только ростовчанам. Он талантливый врач высшей категории и поэт. В начале следующего года ему, одному из ведущих психиатров Юга России, исполнится семьдесят лет. В преддверии этой даты мы решили побеседовать с Эдуардом Фёдоровичем о знаках судьбы, профессии, поэзии и любви...

"И только чудо спасало меня..."

- Эдуард Фёдорович, странно слышать о том, что человек науки верит в сверхъестественное...

- В этом нет ничего странного. Потому что именно врачи чаще всего убеждаются в том, что есть масса вещей, которых наука объяснить не может. К примеру, я три раза был на краю смерти. И только чудо спасало меня.

- ?

- Вот видите на голове проплешины? Их я получил в три года. Мы были в эвакуации в Тбилиси. Голод. Сорок третий год. Тётка, которая приютила нас (мы с мамой и младшим братом бежали из Миллерово) варила на керогазе картошку. Я был настолько голоден, что не мог сидеть на месте - ползал вокруг керогаза. Задел ножку, и он упал. Я был рядом, огонь перебросился на мои волосы. Спасло то, что кастрюлька, которая стояла на керогазе, была без ручек, она покатилась и каким-то необъяснимым образом накрыла мне голову. А кипяток, что в ней был, погасил огонь... Ожог был серьёзный, но грузинские врачи меня спасли.

Потом я тонул на Волге. Мы плавали с солдатами на плоту, разошлись скобы, которые скрепляли брёвна. Я упал, и одно из брёвен шарахнуло меня по темени. Я потерял сознание и ушёл под воду. Спасли меня тоже чудом.

Ну и третий случай произошёл несколько лет назад. Я перенёс операцию на почке. Начался сепсис с большой потерей крови. А потом наступила клиническая смерть...

- Вы видели тоннель, о котором так часто говорят?

- Нет. У меня была другая картина. Я ощущал своё тело в виде маленького голого червяка. Будто бы я лежал на чём-то, напоминающем старую железную кровать с сеткой. И всё это вместе со мной перемещалось в космосе. Мне казалось, будто я лечу по Млечному Пути. Не было ни страха, ни радости, но было абсолютное осознание того, что это я. Только живу не той земной жизнью, что была раньше...

- Что-то вроде реинкарнации?

- Наверное. Ведь что такое клиническая смерть? Это отключение сознания. Но остаётся же подсознание! Приведу пример. Есть такая форма шизофрении - сновидная. Смысл в том, что человек смотрит в одну точку, никак себя не проявляет и вообще будто бы постоянно находится в состоянии сна. А в это время в его голове разворачиваются, к примеру, кровавые баталии из звёздных войн. Наука утверждает, что видеть в снах можно только то, что накоплено опытом конкретного человека. Если больной видит такие картины сегодня, когда он мог посмотреть фильм, прочесть книгу, это неудивительно. Но документы трёхвековой давности доказывают, что ещё до полёта человека в космос больные видели те же самые картины. Откуда они могли это знать? Или как слепые от рождения люди могут описывать предметы, которых они никогда не видели?

Значит, есть что-то такое, что предшествовало формированию головного мозга конкретного человека... Может быть, это информация о его предках или прошлых жизнях? И иногда при определённом стечении обстоятельств эта информация проявляется. Так я думаю...

"Врачом я стал случайно"

- Эдуард Фёдорович, профессия психиатра в конце пятидесятых годов прошлого века ассоциировалась не с самыми приятными вещами. Здесь и диссиденты, которые сидели в домах сумасшедших, и легенды о страшных экспериментах над здоровыми людьми...

- Если быть честным, врачом я стал случайно. С шести лет болел поэзией. Не расставался с блокнотом и писал везде: на лавочках, в трамвае, на ходу. Ещё в школе отправил свои стихи в Московский литинститут. Они прошли конкурс, и мне предложили сдать документы для поступления. Я шёл на золотую медаль, поэтому в том, что стану студентом литинститута, сомнений не было. Но тут Хрущёв издаёт приказ: во все творческие вузы принимать только с двухлетним стажем работы. И мне в поступлении отказали.

Мама была несказанно счастлива. Времена-то какие были? Гонения на литераторов-диссидентов. И она боялась, что я выберу этот путь. Поэтому подавала гостям вместо салфеток мои рукописи. Так она выражала своё пренебрежение... Зная отношение мамы, молчал и отец. Однако уже после его смерти мы нашли два чемодана. В одном были его строительные инструменты. А в другом - мои стихи. От первой рукописи до последней публикации. Никто в семье не знал об этом чемодане.

Так вот, стать врачом меня уговорила мама. Учился я отлично по любимым предметам. Наверное, мог быть и хорошим хирургом, и офтальмологом, но остановился на психиатрии...

- Ни разу не пожалели о своём выборе?

- Нет. Я на своём месте. Моя профессия всегда приносила мне удовлетворение. Только в последние несколько лет я стал опасаться. Не за себя. За будущее наших детей. Появилось слишком много молодых мужчин с неврозами и психопатиями, которые они приобретают в попытках заработать побольше денег. Сегодня, к сожалению, мало кто хочет понимать, что душевный покой материальными ценностями не заменишь. Счастье нужно находить в близких, в семье, в духовном развитии...

- Слышала, что у вас очень большая семья...

- Да. Кстати, с этим связана одна курьёзная история. Когда я попал в реанимацию, завотделением очень заинтересовался моей персоной. "Странный пациент у нас, - говорил он. - Вначале пришла одна женщина, представилась женой. Потом вторая - тоже, как выяснилось, жена. Потом пошли толпы посетителей. Причём каждый норовил забрать больного к себе и предлагал помощь... Но почему-то мне показалось, что они не очень нормальные..." Когда завотделением узнал, что я психиатр, он расхохотался: "Тогда всё понятно!" Ну а если вернуться к семье, то жён у меня было три. Вторая с сыном живёт в Берлине. Все мои жёны - талантливые и красивые женщины. Первая - психиатр, вторая - сценарист документального кино, и третья - художник. У меня трое взрослых, состоявшихся сыновей и двухметровый красавец внук. Кстати, все мои жёны тепло общаются. Все дети дружат между собой. И такие отношения для меня - настоящий подарок судьбы...

- Вы, должно быть, знаете какой-то секрет, если завоёвываете таких удивительных женщин?

- Какие глупости! Мужчина никогда не сможет добиться женщину, если она этого не захочет. И вообще даже с точки зрения эндокринной системы мы, мужчины и женщины, совершенно разные. От восприятий вкуса и цвета до способности любить. Поэтому если тебя выбрала женщина, то это не потому, что ты такой красивый или умный. А только потому, что она видит тебя таким. И то, что я находился с этими женщинами, значит только то, что они меня и выбрали. А потом пришла любовь...

Любовь лишает рассудка

- Бытует мнение, что влюблённые становятся немного сумасшедшими. И ваши стихи тому пример. А что думает на этот счёт Эдуард Холодный как психиатр?

- Любовь действительно лишает здравого рассудка. Это научно доказано. Если смотреть с точки зрения физиологии, то в определённых участках коры головного мозга влюблённого возникает возбуждение. Оно волнами расходится по мозгу, задевая соседние участки. А это центры, отвечающие и за волю, и за внимание, и за многое другое. Так как эти сектора становятся угнетёнными, то человек лишается здравого, холодного рассудка и воспринимает мир сквозь призму своей любви...

- Эдуард Фёдорович, у вас 17 поэтических сборников. Но большинство из них изданы в последние годы. Раньше вас реже посещала муза?

- Нет. Писал я всегда и много. Но меня просто не печатали. В своё время я и вовсе числился диссидентом. В моих стихах находили политические мотивы, газеты писали разгромные статьи. Запомнилась одна публикация в газете. Якобы от рабочего новочеркасского завода, где он писал, что, когда у него выходит бракованная деталь, он выбрасывает её на свалку. Вот именно там и место стихам Холодного. Другие же мои стихи ходили по стране как иллюстративный материал для закрытых лекций. Правда, имени автора никто, кроме моих друзей, не знал. Так что первую самостоятельную книгу я издал только в 36 лет, а членом Союза писателей стал в 53...

- Кто-то из сыновей унаследовал ваш талант?

- У младшего Антона в детстве и юности были очень неплохие стихи. Но в пятнадцать лет он сказал, что завязал с поэзией. Я принял его выбор. Но недавно у его жены, Ольги, в транспорте залезли в сумку. Она пришла вся в слезах. Я думал, вытащили документы или деньги, оказалось, плакала она из-за того, что украли Антошины стихи, посвящённые ей. Значит, тайком он всё-таки пишет...

- Эдуард Фёдорович, помните, в рассказе Гайдара "Горячий камень" старику предложили прожить жизнь заново, чтоб не повторить прежних ошибок. Вы бы согласились на подобный эксперимент?

- Нет. А какой смысл снова проживать такую же жизнь? Я пришёл к выводу, что человек становится в итоге тем, кем он должен стать. Хотя в промежутках он может быть кем угодно. Я прожил почти 70 лет. Знал удивительных людей, у меня великолепные сыновья, профессия, которую я люблю, пациенты, которые меня ценят, большая семья. Что ещё человеку нужно для счастья?

Светлана Ломакина. Фото автора

Смотрите также:

Loading...

Также вам может быть интересно

Топ 5 читаемых